В поварских комнатах замка запахло едой. В спальнях засуетились горничные. В центральном зале начали сдвигать столы для праздничного ужина.
Даиру было далеко до веселья. В сердце поселилась тревога, словно осталось совсем мало времени.
– Понятия не имею, где она может быть, – раздраженно сказал Гарр. – Мы проверили решительно все.
Напряженно думая, волк поднял голову, проследил за полетом орла. Гордая птица покружила над поляной и улетела дальше в сторону замка Цилл.
– Что будешь делать теперь, Дренн?
– Помогу найти волчицу, конечно.
– Я не об этом, – Даир нахмурился, потеряв орла из виду. – А о твоих чувствах к моей жене. Я видел связь, которую ты начал плести, Гарр, еще в первый день, как только Клео оказалась рядом с тобой.
Дренн положил руки в карманы, поставил ногу на кладку моста:
– Ничего не буду делать. Я опоздал.
– Уедешь?
– Нет. Связь-то не завершилась. Мне ничего не грозит.
Даир повернул голову и посмотрел на друга. Под глазами Дренна залегли тени. Он явно страдал, но хорохорился.
– Ты один из немногих людей, дружбой с которыми я, действительно, дорожу, – сказал Ноан. – Немногий, кому по-настоящему доверяю. Поэтому я все же скажу, хоть и все во мне сопротивляется отчаянно. Говоришь, тебе ничего не грозит? А я вот не думаю. Уже после первой встречи, когда Клео ушла, я почувствовал это давление в груди, эту жажду, тянущую и в тоже время сладостную боль первой петли. Она съедает изнутри, а ты уже слишком долго находишься рядом с Клео, связь сплелась больше, чем наполовину. Она вырвет твое сердце.
– Знаешь, – Дренн опустил ногу с моста и встал прямо. – Я сделал все, чтобы получилось иначе. Я подделал доклад о жене Тристона, чтобы ни у кого не возникло интереса к ней, я требовал от тебя держаться подальше, отправить женщину обратно в Танбат. Мне оставалось совсем немного до следующей поездки к барсам, чтобы завершить связь. Но ты отправился первым. И сплел свою. Я не виню тебя – ею невозможно не заинтересоваться. Эта живость ума, красота дебютантки и мудрость жрицы. Так тому и быть. Клеопатра Ноан теперь волчица моего народа, и я буду защищать ее ценой своей жизни, если потребуется. Никакая сила не заставит меня отступить от этого.
Даир тяжело вздохнул, потер подбородок:
– Это паршиво, приятель. Долго ты так не протянешь.
– Плевать!
Ноан хлопнул друга по плечу, обернулся к лесу. Исчезнувший за ним орел все не давал покоя:
– Давай-ка посмотрим с высоты.
По лестнице Даир с Гарром поднялись под самую крышу мельницы, открыли ставни. Солнце ослепило глаза. Создав ладонью тень, волк заглянул за стену обгоревшего леса. Замок Цилл сверкал, отражая солнечные лучи в гладких черных стенах. В одном из редких окон блеснуло – кто-то захлопнул створку.