Как-то давно, когда мальчишкой Даир надоедал отцу вопросами про маму – ему всегда хотелось знать, какой она была, – родитель сдался. Разговор получился грустный, старый лэрд поделился, что волку непросто найти свою женщину. Что их на Земле остались единицы. Можно веками скитаться по миру в поисках, но так и не встретить… Именно это случилось с ним – свою волчицу отец не обрел. Но клану нужен был наследник, поэтому лэрд Ноан назвал им старшего из живущих в замке бастардов – Даира.
“Если повезет, и выпадет счастье встретиться”, – сказал лэрд сыну, – “ты непременно узнаешь ее. По поступкам. Настоящая волчица, если нашла своего мужчину, никому не отдаст его. Перевернет леса и горы, выгрызет сердце врагу, но не отдаст. Даже смерти. Тем более ей”.
– Каково это, когда тебя обставила женщина, а Гарр? – по-мальчишески поддел друга Даир.
– Отвратительно! – гаркнул Гарр. – Найду и собственноручно…
– Принесу леди Ноан свою благодарность, – добавил Даир.
Дренн язвительно улыбнулся:
– Ну, разумеется. Ведь я же должен быть ей благодарен за столь талантливое соблазнение мерзкого заарца. Спектакль получился что надо!
Глаза волка сузились. Обернулся к дружине:
– Братья, в замке находится принц Мадус. Лэрд Гарр отведет вас. Поселите принца в особой одиночной камере. Я хотел бы поговорить с ним…
Клеопатры Ноан в замке не было. Волки прочесали восточное и западное крыло трижды. Проверили лестницы, чердаки, хозяйственные постройки, конюшню, даже кладовые и мельницу. Некоторые заарцы начали приходить в себя в своем заточении, а рыцари до сих пор не могли найти свою волчицу. Солнце уже стояло в зените, осветив разрушенные стены замка Ноан, которые покрыл молодой плющ.
Даир пнул ногой каменную кладку мостика над речушкой, передвигающей мельничный жернов. Вода весело журчала в тени нависших над ней кустов малины. В замке Ноан тоже царило радостное возбуждение – враг повержен без битвы, все живы, Дом власти снова принадлежит волкам. Все основные силы заарцев заточены в его подвалах – все же убивать спящих рыцари не смогли. Особенно тяжело было со своими же земляками, перешедшими на сторону Заар, – предателями. Их закрыли в тех же камерах вместе с рабовладельцами. Многих в скором времени ждала казнь. Даир сощурил глаза – многих, но не Мадуса. Этот подонок еще должен послужить на славу земли волков.
На поляне перед замком воины снимали ошейники с рабов. Освободившись, те падали им в ноги и плакали от счастья, клялись в верности новым хозяевам. Но волкам рабы не требовались, поэтому освобожденным узникам давалась свобода выбирать судьбу самостоятельно. Часть бывших рабов уехала обратно в родные земли. Но большинство остались и присоединились к воинам Ноан.