— Ты, того, повнимательнее, — сказал Сашка.
Оба члена экипажа пялились с таким видом, будто командир на Марс уходил.
— Вы хоть смену нормально сдайте, — пробормотал Марик.
Стояли молча — кружком, словно поминая кого. Нет, так думать было нельзя. Собственно, о Светке так думать вообще невозможно. Что она скажет, когда увидит? Слезу точно пустит…
По кепи неслышно стучали капли дождя. Поисковики стояли спокойно, прикрыв глаза. Капюшоны тускло блестели. Сосредоточенны. Марик не знал, как насчет себя — сосредоточен? Нет? Черт его знает, как нужно.
Тянулись минуты…
— Давайте сядем, — пробормотала Маня. — Ноги беречь нужно.
Феофанов заворчал, но двинулся к «грибку», что торчал у песочницы. Сели на влажную лавочку — «грибок» был из старых, еще деревянных, весь в струпьях старой краски. Марик чувствовал плечо девушки — наверное, чуть младше Светки будет. Голос такой… смешной. Зябко ей. На кухню бы пригласить. Яичницу, и по стопочке можно было. Светка чай поставит. Лампочку для уюта зажечь…
— Словно темнеет уже, — прошептал Феофанов.
— Ну. Абздольц какой-то. Лампу с собой носить нужно. Керосиновую. Для уюта, — согласилась Маня.
Мгновение какой-то странной тишины, потом хруст… Марик полетел куда-то вбок, автомат чуть не вышибло из рук…
— Здесь не темно, — заметил Феофанов.
— Это я для ясности мысли достала, — пояснила Маня, запихивая машинально вынутый фонарь обратно в рюкзак.
Поисковики захихикали. Довольно нервно. Марик озирался, держа большой палец на предохранителе автомата. Пока никакие гуманоидные черти не появились. Сухо. Сумрачно. Дома вокруг. За спиной сломанный «грибок» валяется. Видно, совсем трухлявый был — вместе с ним и унесло. Что это вообще такое⁈
— Наши-то дома какие? — вполголоса спросил Феофанов.
— Хрущевки, — растерянно сказал Марик.
Хрущевки здесь имелись. Минимум три. Кажется, и еще одна на углу. Нет, улицы здесь не было: просто хаотично стоящие дома. Торчат среди лоскутьев асфальтового покрытия, булыжных проплешин, бетонных плит и пожухлых газонов. Поисковая группа поразглядывала старинный дом: солидный, красного кирпича, с коваными перилами балконов. Правда, самих балконов не имелось: ажурный металл висел в воздухе. Но в целом дом сохранился в приличном состоянии — даже стекла в окнах тускло блестели. На зев подворотни свисал оборванный антенный кабель. Марик задрал голову: небосвод казался очень низким и выглядел монолитным куском серой пластмассы.
— Ага. Звезды и светила в нашем деле не часто попадаются, — печально сказала Маня.
Феофанов щелкал фотоаппаратом, снимая панораму города. Впрочем, какого города? С первого взгляда понятно, что людей здесь нет. Просто свалка недвижимости.