Господин Лавлейс. Ворчун, разочаровавшийся в жизни и осевший в провинции, так о нём думали. Но я-то знала, что он вернулся из столицы, чтобы исправить ошибки сына и поддержать невестку и внучку, оставшихся без защиты.
Такие родные. Такие хорошие. Как же я буду по ним скучать!
Когда я вышла из дома, то замерла, затаив дыхание. Луин смотрел на меня так, что сердце обливалось кровью. Мужчина совершенно искренне восхищался мной, и от этого становилось только хуже.
Я поспешно отвернулась и обняла каждого из Лавлейсов. Улыбнулась и нарочито весело сказала:
– Жду вас в Гилдиаре, а пока постарайтесь угодить леди Бернэс!
Потом ещё раз осмотрела всех, не желая прощаться навсегда, и лишь потом отвернулась. Подала руку генералу, и мужчина повёл меня к роскошной карете.
– Да благословит пресветлая Сельвия ваш брак! – всё же крикнула тётушка.
Прикусив губу изнутри, я старалась не разреветься, когда устраивалась на мягком и удобном сидении. Дэнвер сел напротив, рядом с модисткой. Женщина подалась ко мне и весело сообщила:
– Снять мерки не было возможности, но я примерно записала их. Доверьтесь моему мастерству, барышня Лавлейс. Я сошью вашей кузине наряд, в котором она затмит принцессу!
– Спасибо, – искренне поблагодарила я, надеясь, что Терса на дебютном балу встретит своего принца.
А я была рядом со своим.
Скоро нас ждёт безмерное счастье.
Но сначала нужно пройти последнее испытание.
В моём мире говорится – если забрёл в тупик, вернись к началу. Я действительно ощущала себя загнанной в угол. Внешне всё было прекрасно. Я жива и крепко стояла на ногах. Рядом ошеломительно прекрасный мужчина, от взгляда которого сердце пускается вскачь.
Впереди нас ждало непростое время, но такое счастливое, и мне действительно было всё равно, где мы будем жить. Я была уверена, что генерал найдёт для нас крышу над головой, а я сумею создать под ней уютное семейное гнёздышко.
Но…
Ох, уж эти «но»! Да, я только рассталась с людьми, которые стали мне семьёй, и уже скучала по каждому из них. Даже по неумёхе Ине! А ещё меня нервировала мысль о дарах богини, истинное предназначение которых осталось мне неизвестно. И конечно ужасала необходимость на глазах у всех отказать Дэнверу.
Но иначе я не могла.
Настоящий тупик!
И вот мы возвращались туда, где всё началось. В храм, в котором я впервые открыла глаза, оказавшись в чужом теле. Чуть не прибила туфелькой сорокового размера Сата, который досаждал брошенной у алтаря невесте. Познакомилась с Вейлин и её дочерью, когда они сообщили, что родители, избегая позора, избавились от дочери.