Меня мутило всё сильнее, причём не от опустошённого резерва, а от самого чувства распирания. Моё тело отчаянно сопротивлялось, пытаясь вытолкнуть и отторгнуть эту силу.
И снова держалось полпульсации. В течение этого мига кожа на предплечье стала неестественно толстой и плотной, напоминая застывший слой прочной глины. Как только распирание ушло, рука моментально вернулась в норму.
Стало очевидно, что тренировать знаки одинаково нельзя. Атакующий- режущий навык требует точности, его нужно направлять в конкретную точку. Защитная непробиваемость, напротив, просится на широкую площадь. Разные задачи диктуют разные пути распределения энергии.
Утерев нос, я попробовал ещё раз. Теперь пустил «непробиваемость» на левое предплечье. Знакомый щелчок, мгновенное опустошение и то самое уродливое распирание. В этот раз волна тошноты накатила гораздо сильнее, заставив меня прижаться влажным лбом к прохладному полу в ожидании, пока спазмы не отпустят. Моё тело упорно отторгало чужеродный звериный знак. Тем не менее, свои законные полпульсации каменной плотности на коже я всё-таки получил.
До наступления сумерек я буквально выжал из себя восемь изнурительных попыток, поочерёдно меняя отрабатываемые знаки. После каждой активации приходилось подолгу лежать на досках, дожидаясь, пока высохшее Зерно наберёт хоть немного сил. Текущая из носа кровь стала настолько обыденным делом, что я просто затыкал ноздрю грязной тряпкой и терпел.
Закрыв глаза, я чётко видел перед внутренним взором эти два знака, сияющие как ориентиры на карте. Режущий удар находился чуть левее центра источника, а непробиваемость расположилась правее.
И тут в голову закралась мысль: а что произойдёт, если я смогу нащупать третий? Тот самый, который я так бездарно забыл? Рывок, гарантирующий мгновенное исчезновение. Вывод напрашивался сам собой. Мне необходимо снова встретиться с Нурром лицом к лицу. Эта идея казалась абсолютно самоубийственной, но вместе с тем пугающе правильной. Техника подобного уровня стоила любого риска.
Наступил восьмой день моего добровольного заточения. С самого утра я в точности повторил привычный ритуал: порция собелии, томительное ожидание, пока Зерно нальётся энергией, и начало изматывающей тренировки.
Настало время сделать следующий, куда более опасный шаг. Мне было недостаточно просто нащупать щелчок, чтобы получить жалкое мгновение плотности или защиты. Я должен был научиться её удерживать. Требовалось вдавить форму ещё глубже в источник, заставив эффект длиться дольше.