Я отнес тушку к подготовленному месту и бросил ее прямо под тем выступом, где лежал мой булыжник. Кровь испачкала камни, и запах начал расходиться по округе.
Потом я снова залез наверх. Улегся на живот рядом с камнем, поправил нож, чтобы рукоять не давила в ребра, и постарался устроиться поудобнее.
Ждать всегда труднее всего. Я начал замерзать, потому что холодный камень вытягивал остатки тепла. Зерно требовала подпитки, но взять ее было негде. Я старался дышать спокойно и собирать силы на каждом вдохе, чтобы как-то заглушить голод. Но этого явно не хватало.
Я лежал и мысленно считал пульсации. Вдруг послышался шорох. Звук был тихим, где-то вдалеке по камням царапали мелкие когти. Наверное, это были другие шмыги, почуявшие кровь, но побоявшиеся подойти ближе. Они немного покрутились рядом, попищали и в итоге скрылись.
Вокруг снова стало тихо. Луны немного сдвинулись, поменяв очертания теней. Холод окончательно забрался под одежду и неприятно застыл между лопатками.
И тут раздался тяжелый звук. Это были не мелкие коготки, а настоящие шаги. Медленные и очень уверенные. Шло что-то массивное. Я перестал дышать и буквально влип в каменную плиту.
Шаги становились все ближе. Зверь шаркал по камням, делал небольшую паузу и шел дальше. Я хорошо знал эту манеру передвижения. Вскоре из-за угла показался иглоспин. Его приземистый широкий силуэт медленно выступил из тени. Зверь был весь покрыт торчащими иглами с блестящими белыми кончиками. Он опустил морду к земле и шумно втягивал воздух, ориентируясь на запах крови.
В этот момент напряжение немного спало. Это была не радость, а скорее холодное осознание того, что план сработал. Ведь мог заявиться кто-нибудь другой, более быстрый или вовсе неизвестный мне хищник, и тогда пришлось бы отступить. Но на приманку вышел именно иглоспин.
Он замер примерно в пяти шагах от убитого шмыга. Поднял морду и начал принюхиваться. Его уши завертелись в разные стороны, пытаясь уловить посторонние звуки. Оставалось только дождаться, когда он сделает еще несколько шагов и окажется прямо под моим камнем.
Иглоспин продвинулся на три шага и снова замер. Потом сделал еще один. Его морда опустилась к самой тушке. Сверху было отлично видно, как тяжело вздымаются его бока и как слегка подрагивают иглы при каждом выдохе.
Еще немного, и эта тварь окажется прямо подо мной. Иглоспин вдруг остановилось и вскинул голову. Он начал активно принюхиваться, явно почуяв не только приманку, но и какой-то посторонний запах. Возможно, дело было во мне, хотя по идее мой запах он учуять не мог.