— В смысле надоело? — он сощурил глаза и недобро усмехнулся, присаживаясь на широкий подлокотник ее кресла.
Лера едва успела подхватить с него чашку с кофе. Неловко обняла пальцами в тонких золотых кольцах, словно пытаясь согреться. Но кофе давно остыл, хоть и оставался нетронутым.
— Ты праздники не любишь, постоянно мне говоришь, что тебе это все не нужно. А одной мне неинтересно, — глядя снизу вверх в его лицо, ответила она спокойно. — Э-э-э, нет! — Матвей наклонился и жестко ухватил ее пальцами за подбородок, мешая отвести взгляд. — Мне — не нужно. Но должно быть нужно тебе. — Зачем? — неудомевающе спросила она. — Затем! — отрезал он, наклоняясь ближе и беспощадно чеканя каждое слово: Я сейчас уеду по делам. Вечером вернусь. И хочу, чтобы тут уже стояла наряженная елка, висели гирлянды, шарики и прочая мишура. Закупи все для новогоднего стола. Чтобы было оливье, селедка под шубой, икра, помидоры с сыром, буженина. Жареная курица. И медовик. Ясно?
Лера ничего не ответила, лишь упрямо сжала губы, но что-то такое он увидел в ее глазах, чему коротко усмехнулся и встал, сделал шаг в сторону и подхватил со стола ключи от машины.
Пока его серебристый «лексус» прогревался, Матвей несколько минут сидел, бездумно глядя на то, как дворники смахивают с лобового стекла одинокие снежинки, превращая их хрупкую красоту в хаос переломанных лучей.
Выезжая на дорогу, он включил радио. Но вместо обычных в это время года зажигательных «джингл беллсов» на его любимой волне играла «Снег над Ленинградом» из «Иронии судьбы». Музыка совершенно не новогодняя и чересчур меланхоличная для лихорадочного веселья предпраздничных дней.
Но переключать он не стал — хороший получился саундтрек для спешащих по заснеженным улицам прохожих с елками и набитыми до отказа сумками. Кто-то рассыпал на пешеходном переходе у реки целую сетку мандаринов, и они катались под колесами машин, лопаясь ярко-оранжевыми кляксами.
Девчонки с хмельными глазами в светящихся коронах фоткали друг друга на фоне украшенных набережных, запрокидывая голову, пили шампанское из горла и хохотали так, что слышно было даже сквозь шум традиционно плотного предновогоднего трафика.
Все куда-то спешили — кто домой, кто на корпоратив, кто по магазинам за последними подарками. Но все — торопились к финалу года. Отсчитать двенадцать ударов курантов и загадать самое-самое заветное желание.
Новогоднего настроения у Матвея как не было, так и не появилось даже после пары часов катания по украшенным улицам. Впрочем, как и всегда.