Священник стоял над завёрнутым в саван телом и монотонно читал молитвы. Его латынь не была идеальной, и Вольгаст морщился. Хорошо, что он находился далеко от могилы, и голос священника слышался не столь явственно, как тем, кто стоял рядом. Впрочем, тем кто там стоял было плевать на латынь, они в ней не разбирались, и единственное, что могли произнести — In nomine Patris et Filii et Spiritus Sancti — да и то вряд ли до конца понимали значение этих слов.
А Вольгаст понимал. Его удел как сына небогатого сеньора был определён с самого рождения: стать таким же священником. Он готовился к принятию сана с самого детства, и в пятнадцать лет поступил в Парижский университет на артистический факультет, где долгих пять лет зубрил и латынь, и грамматику, и астрономию и в итоге получил степень магистра in artibus, то бишь, магистра искусств, что давало право поступить на высший факультет. Отец сказал, что пойдёт он на богословский, хотя Вольгаст мечтал о юридическом, и много времени посвятил изучению права и истории. Но с отцом не поспоришь, и выбор был сделан. С точки зрения отца и матери место священника в каком-нибудь более-менее богатом приходе могло обеспечить его безбедное существование до конца жизни.
В двадцать два года формула «до конца жизни» звучит удручающе: ты ещё молод, полон сил, а все твои годы уже посчитаны и распределены. И никаких перспектив. Но по-другому нельзя, потому что Вольгаст пусть и дворянин, но незаконнорожденный. Бастард. Этот статус открывал лишь два пути: наёмник или священник. Второе для Вольгаста было предпочтительнее, хотя в юности он буквально грезил воинскими подвигами. Гуго, сержант отца, обучал его фехтованию, верховой езде, правилам охоты, однако всё это было слишком утомительно, и Вольгаст, повздыхав, решил, что сутана предпочтительнее кольчуги, тем более что со временем фортуна может раскрыть ему свои объятья и наградить красной мантеллетой кардинала. А почему бы нет? Многие иерархи церкви начинали простыми священниками и монахами, а в итоге оказались во главе Святого Престола.
Вольгаст переступил с ноги на ногу. Да, стать таким же иерархом — это мечта. Увы, но события последних лет отодвинули мечту в сторону. Вот уже в который раз Англия напала на Францию, пытаясь решить застарелые династические споры. Зазвенело железо, затрубили боевые рога, посыпались новости: битва при Азенкуре, при Вальмонте, при Френэ. Франция сжималась в размерах, Англия и её союзник герцог Бургундии расширяли свои владения. В Париже с новой силой вспыхнули распри между бургиньонами и арманьяками, занятия в университете пришлось оставить и вернуться в Реймс.