Я кашлянула в кулак: очень непросто остаться старой девой при живом (пока еще) женихе.
Мне очень не понравилась теория про блоки, кем-то там установленные. И про то, что визиты Тьмы разжигают мой дар все сильнее. Я резко подошла к Даннтиэлю и ухватилась за рукав очередного пиджака. Вполне неформального, без эмблем, но все равно лощеного.
— Выньте из меня эту гадость!
— Каким же образом?
— Ну… не знаю. Высосать попробуйте. — Я послушно откинула голову назад и подставила шею.
Ничего, что при свидетелях. Это для пользы дела.
— Высосать? Это не мрак и не отрава. Это дар, с которым вы легко поступили бы в Высшую Хитанскую академию, если бы захотели, — проворчал Рэдхэйвен и, удивительное дело, оторвал мою руку от своего рукава.
Ну нет, так мы не договаривались.
— Какое чудесное слово «если бы»! Высасывайте. — Ухватила его за затылок и потянула упирающегося мастера к себе. Не тот сейчас момент, чтобы ломаться и невинность строить. И я не про себя.
— Почему вы так испугались дара? — нахмурился хитанец, не поддаваясь.
Когда не надо, его не отлепить от меня, а когда надо… не прилепить!
— Потому что меня устраивает жизнь без вот этих вот экстремальных вещей, — всплеснула руками, объясняя очевидное. — Я не хочу, как магистр Райс, штопать материю, выворачивая наизнанку весь свой резерв. Лакать по ночам настойку дварфов, чтобы пережить магический откат. Рисковать быть затянутой в межмировую воронку и навсегда потерять ориентир…
— Теормаг — это скучно. Занудно, Эйвелин, — медленно прошептал Рэдхэйвен, так тихо, словно мы в кабинете были одни. — У вас прекрасный потенциал, а теперь и сильный природный дар, но вы не рады ему. Ваша жизнь только начинается, а вы уже похоронили себя под слоем книжной пыли. Как невинный росток под копытами гхарра.
— Как невинный росток я буду, если меня сомнет, как маму, — прошептала в ответ. — Она верила в то, что ей все будет удаваться. Рисковала почем зря. Я же — ответственная, рациональная. Не стремлюсь занять место поближе к Варху: у меня нет таких амбиций.
— Есть. Ты дерзкая, упрямая девочка, готовая драться за себя, отстаивать кулаками, зубами, — пробормотал в мои волосы Даннтиэль. — Сражаться до запекшейся крови под ногтями… Это заложено в тебя, оно уже есть. Внутри. Ты не домашняя скучная каффа, ты дикая вирра. Просто забыла об этом, когда… случилось то, что случилось.
Я подняла на него глаза, сглотнула, вспомнив свои попытки его сожрать посреди ночи. Я не вирра, нет. Я просто спятила от всей этой безумной чехарды, вот на людей и бросаюсь.
— Пускай серединой довольствуются те, у кого средний потенциал. Это нормально. Каждому свое. Каждый хорош в чем-то своем, — «проповедовал» Рэдхэйвен уверенным шепотом. — Но твой высок, а ты закапываешь его поглубже. Чтобы никто, не дай Варх, не приметил, разрешая и дальше глотать книжную пыль.