Та же складочка между бровями, те же сердито поджатые губки, тот же грозный взгляд серых глаз. Двойная угроза, не иначе.
— Курсант Харет, — представился родственник Дидала. — И можете писать что хотите, все вы в одной шайке.
Зоур громко хмыкнул:
— Только совершенно оторванный от жизни чурбан скажет, что Местры и Боллары — из одной шайки. Но, наверное, всегда удобнее всё списывать на происхождение.
— А ты вообще заткнись! Лизоблюд и проныра, подлизался к принцу и теперь делаешь вид…
— А ну все заткнулись и разошлись! — наконец не выдержал Леввек, встал во весь рост и с набитым ртом пробурчал: — Ещё про нортов что-нибудь скажи, собака рыжая, и можешь сразу себе путёвку в медблок оформлять. Хотя погоди… Кто ж тебя там лечить будет, если вокруг одни нобларины? Кинут, небось, подыхать… Как с этим было, как его?.. — северянин нахмурил непробиваемый лоб и задумался. — Ну как там звали того парнишку, которого лечить не стали, потому что он простолюдин? И он сдох потом? Ну, помните ту историю?
— Какую историю? — нервно спросил курсант Харет, а в столовой мгновенно повисло напряжение.
Среди курсантов и офицеров были далеко не одни аристократы, и теперь все замерли и вслушивались в разговор так настороженно, что воцарившаяся тишина давила на барабанные перепонки. Казалось, что даже пироги на тарелках теперь лежат слишком громко.
— Это когда такое было? — не отступался курсант Харет.
— А в том и дело, что никогда такого не было, чтоб кому-то не оказали помощь из-за его происхождения! — припечатал Леввек. — И никто никого подыхать в медблоке не бросал. Вот и проваливай со своими тупыми обвинениями, не мешай пожрать спокойно. Нашёлся тут борцун за равноправие! А то я не слышал, как ты пару недель назад механика чернозадым назвал. Хорош моралист, у самого рыльце в дерьме, а всё лезет со своими нравоучениями!
Курсант Харет побледнел, отшвырнул свой поднос в сторону и пулей вылетел из столовой, его друг отправился следом, но при этом свой кусок пирога прихватить не забыл.
Война войной, а обед по расписанию.
Дервин обратился к близняшкам:
— Прошу прощения за этот инцидент.
— Вы ни в чём не виноваты, — ответила Лиора и села за свой столик спиной к нему.
Остальные тоже успокоились и осели на места, как оседает пыль на аэродроме после взлёта.
— Капрал Боллар, вы уж докладную напишите, пожалуйста, — обратился к ней Зоур несколько минут спустя. — Чтоб никому и в голову не пришло, что вы пустыми угрозами бросаетесь.
И вид при этом принял такой невинный, что Дервину захотелось всё же одолжить в медблоке металлический лоток и звонко стукнуть им друга по темечку. Нарочно же провоцирует Лиру, зная, что она по доброте своей на этих двух оболтусов никакой докладной писать не станет. Однако лотка под рукой не было, а пирогом громко не стукнешь, поэтому Дервин просто молча наступил другу на ногу так, что тот аж поперхнулся, и посмотрел выразительно, как учил отец. Так, чтоб даже мысли не возникло тему развивать.