Он перевёл взгляд на Алексея:
— Поэтому к этим восьми отнеситесь так же, как к первым десяти. Только теперь это не «наши игрушки», а пилотный проект для обычных школ. И, — он чуть улыбнулся, — без фантомных разъемов на задней стенке. Там дети.
— Контрольные точки у нас внутри, — невозмутимо ответил Алексей. — До них дети не доберутся.
Григорий Андреевич не стал уточнять, что такое «контрольные точки». Просто поставил подпись под разнарядкой. Сверху размашисто: «УТВЕРЖДАЮ».
Уже за полночь в лаборатории осталось двое: Алексей и Саша.
Восемь корпусов стояли в ряд, каждый с биркой: номер, школа, райцентр. Две машины с пометкой «резерв НИИ» — ближе к стенду.
— Страшно отпускать? — спросил Саша, глядя на технику.
— Нормально, — сказал Алексей. — Всю жизнь что‑нибудь отпускаем. Детей, платы, проекты. Главное — как отпускать.
Он подошёл к одной из машин, той, что должна была уехать в самый дальний райцентр. Включил. Самотест отщёлкал нули, загорелось «Готов», курсор мигнул.
— Ну, — сказал он тихо, уже без иронии. — Твоя будущая прописка — где‑то между картофельным полем и Домом культуры. Там сейчас скрутки вместо кабелей, мел у доски и арифмометр «Феликс». Ты им понравишься, если не будешь ломаться.
Саша сделал вид, что не услышал.
— А мы? — спросил он. — Мы что дальше делаем?
— То же, что и раньше, — ответил Алексей. — Дорабатываем, пишем «Папки учителя», ругаемся с заводами, успокаиваем министерство. Просто теперь у нас есть аргумент посильнее любого отчёта.
Он ткнул пальцем в мигающий курсор.
— Вон он. Работает.
Когда Алексей уходил из КБ, на стенде всё ещё светился экран «Рекорда». Курсор мигал слева от пустой строки « — терпеливо ждал, пока кто‑нибудь наберет «2+2» или что‑нибудь поинтереснее.
В другой жизни на этом месте стоял бы системный блок с логотипом известной фирмы, десять минут назад извлеченный из коробки под хруст пенопласта. В этой — стоял тяжёлый серый ящик с вентиляционными прорезями, прошедший через макетный цех, термокамеру, завод в Орле и пару министерских совещаний.
Разница была в том, что этот ящик поедет не в квартиру к очередному программисту, а в школу, где восьмиклассники впервые увидят мигающий курсор и поймут, что железо умеет отвечать. Не за деньги, не ради пафоса, а по расписанию, сорок пять минут, два раза в неделю.
Алексей выключил «Сферу». Трансформатор вздохнул, лампочки погасли. В лаборатории стало тихо.
— Ну что, — сказал он в пустоту, закрывая дверь. — Большому кораблю — большое плавание.
Во дворе было темно и тепло. Вдалеке кто‑то гонял мяч, дежурный на проходной слушал «Маяк». Внутри, за стеной, восемь серийных машин ждали своего грузовика, рейса в райцентр и первого школьного «2+2».