— Надо же, а всего несколько секунд назад ты помнила, как меня зовут.
— Аарон, — я облизываю губы, и его взгляд останавливается на них.
Между нами воздух дрожит от напряжения. Кожа слишком чувствительная, нутро плавится. Запах персика дурманит, унося все мои переживания. Мне хочется раскрыться ему, довериться.
Но не телом. Сначала не телом.
Понимаю, что решение принято, и назад дороги нет.
— Спасибо, — говорю ему. — Мне очень понравилось. Массаж.
— Пожалуйста, — он перехватывает мою ногу, целует колено с внутренней стороны. — Хочешь спать?
Смотрит при этом так, что мысли о чем угодно, кроме сна.
— Нет, — мотаю головой. Пытаюсь вспомнить что-то важное, что напрочь вылетело из головы. — Я, вообще-то, поговорить хотела.
— Ну, давай. Поговорим. Лучший момент, — невозмутимо отзывается он, рассматривая меня сверху вниз. Непонятно, говорит ли серьезно, или шутит.
Ложится рядом, целует меня в плечо. У него это так естественно получается. Словно и правда не может не касаться, не целовать.
— Мне снятся сны, — начинаю я. — И некоторые из них выглядят так, словно и не сны вовсе.
— А что? — Аарон подпирает голову рукой и принимается медленно водить ладонями по моему телу. Сбивает только.
— Предупреждение. Или предсказание. Например, я увидела нападение на Тарвелис намного раньше, чем оно случилось на самом деле. Я думала, что это просто кошмары… пожар, город в огне. Мой дом, невольничий рынок…
Его рука замирает, а взгляд тут же становится острым, внимательным. Верит. Воспринимает всерьез. Фух.
— Я не слышал о таком даре, Хельга, — помедлив, говорит он. — Но мы почти ничего не знаем о магах Света. Сар-Драэн живет обособленно и не торопится выдавать свои секреты. Но мы можем слетать туда. В храм твоего бога-покровителя, Солерана. Возможно, ты найдешь там ответы.
Он снова меня гладит, и я вдруг осознаю, что не испытываю никакого отчуждения от его прикосновений. Наоборот, нравится. Хочется, чтобы не останавливался.
— Когда?
— Ты закроешь воронки в Тарвелисе, и мы направимся в Дарассар. Дела требуют моего присутствия в столице. Возможно, это случится уже завтра. Сразу после этого я направлю запрос в Центральные Земли.
— Уже завтра? — растерянно спрашиваю я. — Хорошо.
Оставить фронт, вернуться к нормальной жизни. Разве не об этом я мечтала? Но вместо радости — чувство какой-то незаконченности. Возможно, это страх изменений? За эти месяцы я нашла здесь новый смысл взамен утраченного. Ладно, потом разберусь в своей голове.
Я кусаю губы, не зная, как рассказать про то, что увидела сегодня ночью.
— Сегодня мне приснился новый сон. Незнакомый город в огне. На мне твой китель. Я иду среди руин и зову тебя. И мне очень страшно.