Тем временем Роман уже подсуетился и налил рюмку чего-то горячительного. Монарх всё ещё пользовался руками немного неловко, как будто отлежал их во сне, но рюмку он всё-таки обхватил и вылил её в рот.
Затем выдохнул и посмотрел на нас ещё более осмысленным взглядом.
Роман тут же налил ему вторую, но император отодвинул её от себя:
— Успеется, — сказал он уже практически совсем обычным голосом.
— Макс, — обратился он ко мне. — Вы с Асакурой единственные, кто видел, как всё произошло. Я так надеялся, что вы что-нибудь придумаете, хотя даже не знал, что именно можно придумать в данной ситуации.
— Самое главное, — ответил я на это, — чтобы подобные ситуации больше не повторялись.
— Это понятно, — кивнул император и снова глянул на Арнама, а затем вернулся взглядом ко мне.
— Но если честно, я и предположить не мог, что у этого мерзавца подобные козыри в рукаве.
— Вы монарх величайший из империи, — улыбнувшись, сказал я.
— Вы должны предполагать, что будут использованы любые средства, чтобы попытаться вас либо спихнуть с трона, либо подчинить своей власти.
— Тут произошло два в одном, — ответил император. — Но ты, конечно, молодец, — добавил он. — В какой-то момент я думал, что всё, всё кончено. Ты понимаешь, это же не просто предательство, это двойное предательство.
— Абсолютно верно, — кивнул я.
— Сначала он объявил госпереворот, показав вас слабым политиком, а затем сделал финт ушами, когда госпереворот не получился, и вселился в ваше тело, пытаясь править империей от вашего имени.
— Боги! — проговорил тут император, схватившись за голову. — Это сколько же мне отменять указов? Это сколько же мне всё это разгребать?
— Ну, вы по крайней мере видели, что именно он подписывал? — спросил я.
— Частично, — покачал головой император. — Я находился где-то на задворках и практически не имел доступа ни к каким органам чувств, но мог подслушивать в сознании, о чём он думает, что делает. Поэтому да, частично знаю. И у меня волосы шевелятся, когда я понимаю, как сейчас придётся всё это возвращать на круги своя.
— Но главное, получится? — уточнил я.
— Я думаю, что проблем не возникнет, — ответил император. — Ещё бы дня два–три промедления, и всё…
И тут он снова, теперь уже со злой ухмылкой, посмотрел на Арнама Дэуса.
— Но два-три дня Старру бы никто не дал, не так ли, Арнам? — спросил Михаил Николаевич.
Тот пожал плечами.
— Да, — кивнул он, — так или иначе, всё завершилось бы сейчас.
— Макс, — император снова посмотрел на меня, — вот ты просто нереальный человек. Ты не сдался. Ты нашёл способ сделать так, чтобы и Старр погиб, и меня вытащить удалось. А вот Арнам Дэус, например, он об империи-то беспокоится, а меня чуть не грохнул.