— Действительно, так и было, — материализовавшись, проговорил Рик. — Взял и как отвесил ему смачного такого пенделя.
— Это да, — кивнул император и посмотрел на Рика. — А потом кто-то не сразу покинул тело.
— Ну, кто ж виноват, что я немного тщеславен, — ответил на это Рик. — Хотел подписать указ, чтобы моё имя увековечили в каком-нибудь гранитном памятнике, я не знаю. Это же такая мелочь по сравнению со спасением императора.
— Ричард Гролл, — слегка официально проговорил император, — можно было всего лишь попросить. Я обязательно сделаю то, о чём вы просите.
— Но на самом деле, Ваше величество, — проговорил Рик, — вы были немножко не в себе. Точнее, вы как раз были в себе, но не в себе, — призрак хмыкнул. — Я остался, чтобы вы смогли нормально, без каких-либо помех, занять, так сказать, своё место пилота.
— Что ж, это весьма похвально, — согласился император, и сразу же помрачнел. — Вообще, вы даже не представляете, что я чувствовал, — проговорил император. — Когда тебя отстраняют от управления собственным телом, ты не можешь ни вырваться из него, ни на что-то повлиять. Это очень похоже, вероятно, на паралич. Но при параличе человек, наверное, не видит того, кто этот самый паралич и вызвал. Старр ещё насмехался надо мной, пытался постоянно уколоть, издевался, отпускал едкие шуточки. Мол, теперь-то император будет править как настоящий правитель, а не как размазня.
— Ну, Михаил Николаевич, — проговорил я. — Данная ситуация, я надеюсь, прекрасно вам дала понять, кто есть кто, — я вздохнул. — Мой вам совет: перетряхнуть всех своих доверенных людей. И тех, в ком есть хоть малейшие сомнения, отправить, так сказать, на пенсию.
— Я уже думал об этом, — кивнул Михаил Николаевич. — Именно так я и поступлю. Но сейчас-то мне гораздо проще. Государственный бунт и молчание некоторых персон оно же, понимаешь ли, очень показательно. Все подпевалы Старра вскрыты. И вскрыты даже те, кто был против него, но ничего не сделал в тот момент, когда их император начал творить лютую дичь.
— Да уж, — согласился я. — Ну, они не знали что делать. Роман тоже в чём-то с вами соглашался, но потом…
— Роман понял, что «я» это не я, — проговорил император и усмехнулся тому, как это прозвучало. — Я так понимаю, что без его помощи вам бы пришлось труднее.
— Заметно труднее, — согласился я. — Без помощи Романа, полагаю, нам бы пришлось положить достаточно много ваших верных людей.
— А их, к сожалению, и так за последние дни стало значительно меньше, — проговорил император с грустью.
У меня на языке крутился один вопрос, но задала его Асакура: