Оглянувшись на мрачный дом, я решила, что с женщиной будет как-то спокойнее.
Женщина пошла в сторону от зловещего дома. В самую чащу.
Я немного затормозила, сомневаясь, стоит ли ей доверять.
– Здесь недалеко есть спуск к старой реке. Когда-то она была полноводной, а теперь сильно обмелела. В сухом русле нас не заметят с высокого берега, – сказала незнакомка.
– Откуда здесь река? – пробормотала я.
Вдоль нашей деревни текла совсем небольшая речушка, почти ручей. Да и то она тянулась не с той стороны, куда этим утром ушла я.
– Сомневаешься? – с легкой усмешкой спросила незнакомка.
– Мне бы домой, – запротестовала я. – Ночлег в лесу с такой раной не очень-то входил в мои планы.
Женщина, которая была едва ли не на голову меня выше, мельком глянула на мою макушку.
– Жить будешь, – бросила она.
– Ага, до свадьбы заживет, – ответила я недовольно.
Обернувшись, моя провожатая хищно улыбнулась.
– А ты уже и свадьбу планируешь? – спросила она.
Я только плечами пожала.
– Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, – ответила я, не желая вести задушевные беседы с незнакомкой.
Идти было недалеко. Женщина шла уверенно, будто хорошо знала эту дорогу.
Мне же ничто вокруг не казалось знакомым. Даже деревья были какие-то чужие. Вроде те же елки, шишки да иголки.
Но какие-то не такие.
Наконец, мы вышли из леса на песчаную косу. В этот же момент и Луна показалась из-за туч, ярко освещая пустынный берег.
Огромная, желтая, с глубокими рытвинами. И совершенно незнакомая. Она смотрела на меня, будто это было лицо старой цыганки, и ехидно улыбалась.
Засмотревшись на незнакомое ночное светило, я оступилась на краю обрыва и съехала вниз на пятой точке, поднимая тучу песка.
Моя спутница в три прыжка ловко спрыгнула с обрыва и только покачала головой, когда я поднялась, отряхиваясь и отплевываясь.
– Удивительно, что тебя до сих пор не разорвали охотничьи псы, – усмехнулась она. – Откуда ты здесь? До ближайшего человеческого селения два дня пути.
От ее слов мне стало не по себе.
Чужая Луна, совершенно незнакомое место и какие-то странные люди в плащах. Или нелюди.
– Заблудилась, – честно ответила я. – А потом старуха наговорила гадостей и приложила бутылкой по затылку. Я очнулась, а место какое-то незнакомое…
Название деревни я решила не упоминать, потому что начала догадываться, что занесло меня как-то сильно далеко от дома.
– А звать-то тебя как, потеряшка? – спросила женщина, бродя по берегу.
Пока я отряхивалась, моя попутчица сгребла сухой рогоз в углубление под склоном, устроив подобие лежанки.
– Таня, – ответила я. – Татьяна.