– Меня похитил мой муж, – равнодушно ответила я.
Сил на эмоции уже не осталось.
Судя по тому, как зашипел Император, его Собственническому Величеству было неприятно слышать о наличии у меня законного супруга.
– Ты видела его?! – нетерпеливо спросил Дариен.
Я кивнула.
– Не только видела, но еще слышала имя или кличку, точно не могу сказать. Драг — так называла его сообщница.
Дариен поморщился. Это имя ни о чем ему не сказало. Видимо, врагов действительно было слишком много.
– Но самое главное — я знаю, из-за кого они все это затеяли, – продолжила я.
– Ну же! – нетерпеливо выкрикнул Дариен и развернул меня лицом к себе.
Я сморщилась.
Нет, мне не было больно. Скорее, противно.
Чем лучше этот дракон любого другого, если обращается со мной, словно с бесправной вещью?
– Прости, – прошептал Дариен и ослабил хватку, он впервые признал свою неправоту. – Я не помню никакого Драга.
Я кивнула.
Когда убиваешь подданных пачками, сложно запомнить все имена.
– Возможно, вы помните Зизи? – спросила я, поднимая на него взгляд. – Именно за нее он будет мстить даже ценой собственной жизни.
Дариен даже не побледнел. Он посерел. В его глазах я увидела ужас и боль, будто он призрака повстречал.
– Что ты сказала? – едва слышно произнес дракон. – Повтори!
Мне было несложно повторить.
– Мой муж… фиктивный муж Драг упомянул некую Зизи. И по словам его сообщницы Талли, он мстит за нее, – устало произнесла я.
Этот день только начался, а я уже была вымотана. Накатила такая смертельная усталость, что хотелось упасть и больше никогда не просыпаться.
Но Дариену, похоже, было еще тяжелее.
Он запустил пальцы в волосы, спутав свою идеальную прическу. Прикрыл глаза и застонал, будто от зубной боли. Он был так бледен, что казалось, вот-вот потеряет сознание.
Я стояла, пораженная этим зрелищем.
Мне казалось, что самый могущественный дракон этого мира не способен испытывать боль. Он же должен быть совершенен во всем!
Но в этот миг я увидела в нем обычного мужчину. Неидеального. Такого, который способен совершать ошибки и готов признавать их.
Было в этой боли что-то искреннее, настоящее. Живое. То, что трогало за душу.
Я повернулась к Дариену лицом.
Повинуясь какому-то неведомому желанию, я подняла руку и прикоснулась ладонью к его щеке.
Она была такой обжигающе холодной, будто дракон состоял изо льда.
Стало страшно, но я не отдернула руки. Хотелось унять эту боль, что так терзала его.
Дракон медленно поднял взгляд. Зрачок вытянулся, черты становились жестче, опаснее.
Дариен шумно втянул воздух.
– Ты даже не представляешь, какое я чудовище, – сказал он надтреснутым голосом. – Я приношу одни только несчастья тем, кому не посчастливилось быть рядом со мной.