Майор
Гамадрилом меня назвала бешеная девчонка. Вместо того, чтобы реально всыпать ей по первое число, я повелся на ее сиськи и заставил работать на меня. Кем, бл?
Бабушкин огород давно зарос сорняками, и я и не собираюсь его возделывать. Есть дела поважнее, чем круглыми сутками торчать среди помидоров и огурцов и растрачивать свою энергию на борьбу с колорадскими жуками.
Приготовить еду я и сам могу.
Не пирог с малиной, конечно. Но окрошку и суп – легко! А в качестве второго блюда и консервы сгодятся. Бабуля была хозяйственной, там полный подвал банок-склянок. Как буду уезжать – всё заберу, ребятам из отдела раздам домашние закрутки.
Так что не надо было соглашаться и отпускать мерзавку. Я этих драчливых феминисток на дух не переношу. Надо было проучить, как следует! Задрать юбку и по заднице настучать.
Как мент, я ненавижу и презираю воров.
Сегодня ты украла горсть ягод, завтра – кошелек, а послезавтра – Родину продашь.
Ну ничего, я ей покажу небо в звездах. Найду, где бы она ни пряталась. И заставлю работать на меня по-настоящему. Будет у меня полы мыть, картошку чистить и носки мои стирать. А если еще раз гамадрилом назовет, то я за себя не ручаюсь! Придумаю такие кары, что она у меня попляшет!
Выхожу во двор и вижу возле яблони… местного бомжа. Я смотрю, бабкин двор – место для паломничества сельчан. По очереди ходят сюда с целью урвать фруктов, чтоб на рынке потом продать. А это еще приперся с бутылкой и рюмкой! Закусить решил яблочком, не отходя от кассы.
– Упс, – увидев меня, алкаш поднимается с лавки на нетвердых ногах. – А вы кто?
– А ты кто?
– Я? Да я тут… это… яблочки дегустирую! – алкаш заплетающимся языком тычет грязным пальцем в надкусанное яблоко. – Икспертная оценка, такскать. А ты, товарищ, видать, новый тут? Одежка какая-то… непривычная для наших мест, – косится на мою футболку цвета хаки.
– Майор Громов. И я здесь, чтобы убедиться, что никакие «иксперты» без определенного места жительства не дегустируют чужие яблочки без спроса! А ты, я вижу, еще и с дегустационным набором прибыл! Рюмочка, бутылочка… Все по красоте, я смотрю!
– Майор? Ого, да ладно! – алкаш пытается изобразить нечто, напоминающее уважительный поклон, но чуть не упал. – А я Гриша… Не бомж, а амбассадор Баленсиаги, – тянет мне ладонь, но я ее игнорирую. Пусть сначала помоет ее.
– Какой еще валенсиаги? Ты валенком-то не прикидывайся, ага?
– А яблочки у вас, товарищ майор, … ну просто песня! Хоть сейчас на «Мишлен»! – запихивает в карман пиджака фрукты, думая, что я не вижу.
– Откуда ты слов таких нахватался, болезный? – сощуриваюсь, осматривая алкаша с головы до пят. – Амбассадор, Мишлен? Еще скажи в вашей глуши ресторан открыли.