– Почему? – спрашивает она. – Почему твоя мать это сделала?
Это еще одна, очень трудная часть рассказа, которая дается мне сложнее остального. Я с болью в голосе говорю, что когда-то, в молодости наших матерей, они не поделили отца Марьям.
– Марьям, – говорю хрипло. – Прости меня.
Она поднимает голову. Смотрит на меня сквозь слёзы.
– За что… за что ты просишь прощения?
– За всё. За то, что моя мать сделала. За то, что я не заметил раньше. За то, что не защитил Лейлу.
Встаю на колени перед ней. Беру её руки в свои.
– Прости меня за то, что я женился на твоей сестре, не любя её. За то, что думал о тебе, когда должен был думать о ней. За то, что желал её смерти, чтобы получить тебя.
Марьям смотрит на меня потрясённо.
– Ты… желал?
– Нет! – быстро говорю. – То есть… боже, это звучит ужасно. Я не хотел, чтобы она умерла. Клянусь, не хотел. Но когда она погибла, первая мысль была – теперь я могу взять Марьям. Понимаешь, какое я чудовище?
Слова рвутся наружу, как гной из раны. Я не могу остановиться.
– Я влюбился в тебя три года назад. На той вечеринке у бассейна. Ты была в красном купальнике, смеялась с Лейлой. Мне было тридцать два, тебе – девятнадцать. Я понимал, что это неправильно. Что ты слишком молодая. Но не мог ничего поделать.
Сжимаю её руки сильнее.
– Я попросил твоей руки у отца на следующий день. Думал подождать год-два, пока ты подрастёшь. Но он отказал. Сказал, что ты сама выберешь мужа.
– Я не знала…
– Конечно, не знала. Никто не знал. Кроме Лейлы.
Марьям вздрагивает.
– Лейла знала?
– Да. Женщины всегда чувствуют такие вещи. Она знала, что я не люблю её. Что смотрю на тебя. Что женился не на той сестре. Мы ссорились из-за этого постоянно.
Встаю, отхожу к окну. Не могу смотреть ей в глаза.
– Я женился на Лейле, чтобы быть рядом с тобой. Видеть тебя, слышать твой голос, твой смех. Хотя бы издалека. Это было эгоистично. Подло. Я разрушил её жизнь ради своей одержимости.
– Арслан…
– Я пытался её полюбить. Честно пытался. Но каждый раз, когда ты приезжала в гости, всё остальное теряло смысл. Была только ты. Всегда только ты.
Поворачиваюсь к ней. Смотрю прямо в глаза.
– Я потребовал сороратный брак не из-за традиций. Не из-за бизнеса с твоим отцом. Я сделал это, потому что хотел тебя. Не дал тебе выбора, потому что боялся – если дам, ты выберешь не меня. Того мальчишку. Джамиля. Кого угодно, но не меня.
Марьям молчит. Слёзы текут по её щекам, но она не издаёт ни звука.
– Я забрал тебя силой. Женился на тебе против твоей воли. Сделал своей, когда ты боялась меня. Всё это время я был эгоистичным ублюдком, который думал только о себе. О своих желаниях.