— Ушла бы, — вздохнул Далт, как мне показалось, с грустью. — Как только бы поняла, что именно сделала. Как только бы осознала, что ритуал хаити окончательно закреплён.
Его губы коснулись моей скулы, щеки и остановились на виске.
— Спи, моя Мика, — прошептал он. — А к утру я обязательно придумаю, как сделать так, чтобы тебе больше никогда не захотелось от меня уходить.
Когда утро приносит неожиданные сюрпризы
Всю ночь мне снилось что-то приятное, такое восхитительно нежное и сладкое, что проснулась я просто в замечательном настроении. Хотелось улыбаться, петь или даже обнять весь мир, и это чувство оказалось настолько всепоглощающим, что им просто безумно захотелось поделиться с окружающими.
Но лишь стоило зрению сфокусироваться на жемчужно-серых тяжёлых шторах, и проснувшееся сознание мигом заподозрило неладное. Это была совсем не моя привычная комната, более того, я точно видела её впервые.
Так, помню, днём ко мне явился один из агентов Далтера с письмом, а потом…
Услужливая память быстро прокрутила перед глазами все произошедшие вчера события. Я вспомнила и своё нервное состояние, и решительный настрой, который хитрый Корн умело перевернул в нужном ему русле. А потом и вовсе самым наглым образом меня усыпил.
То есть проснулась я в его кровати. Но… одна.
И где, спрашивается, с самого утра носит этого… пациента?
Дверь в спальню с тихим шорохом открылась, давая ответ на только что заданный вопрос. Далт вошёл, опираясь на трость. Он шагал медленно, а хромать стал намного сильнее, чем раньше. Я бы даже сказала, теперь он вообще еле передвигался, и при этом снова был бледен, но зато зачем-то вырядился в строгий тёмно-серый костюм и держал в свободной руке большой букет из белоснежных роз.
— Доброе утро, Микаэлла, — проговорил он, улыбнувшись мне.
— Ты рехнулся⁈ — выпалила, вскочив на ноги.
Но тут сообразила, что на мне из одежды нет совсем ничего, и поспешно обмотала вокруг себя одеяло.
Далтер наблюдал за мной с живым интересом, но его глаза блестели не только от моего обнажённого вида, но и от явно поднявшегося жара, а на лбу выступила испарина.
— Далт, немедленно ложись в постель! — скомандовала, отбирая у него букет.
Посмотрела по сторонам, нашла небольшой туалетный столик и опустила цветы на него, сама же снова вернулась к Далтеру, который устало опустился на край кровати.
— Зачем встал, да ещё и ходил куда-то? Далт, ты совсем с головой не дружишь? — я села рядом и приложила ладонь к его лбу. — Горячий. Вот и куда тебя носило?
Он стянул с себя пиджак, развязал широкий галстук, расстегнул верхние пуговицы рубашки и устало упал на подушку.