Даже теперь мы всё равно продолжали смотреть друг другу в глаза. И, видя, как туманится от наслаждения его взгляд, слыша приглушённый, но такой искренний стон, я, казалось, снова уплыла на волнах удовольствия, будто умудрилась как-то почувствовать ещё и эмоции Далта.
А потом просто рухнула на его грудь, позабыв и про бинты, и про стыдливость. Мне было слишком хорошо, чтобы сейчас думать ещё хоть о чём-то. И вдруг поняла, что так правильно не чувствовала себя никогда. Будто именно сейчас оказалась на том самом своём месте, со своим мужчиной.
— Мика, — тихо позвал он, погладив меня по волосам.
Я приподняла голову, откинула назад упавшие на лицо локоны и посмотрела на Далта. Он разглядывал меня со спокойным интересом и пока не спешил что-то ещё говорить. Моих сил хватило лишь на то, чтобы слезть с него и улечься рядом, пристроив голову на его удобном плече.
— Вот теперь ты точно вся моя, — проговорил он, водя кончиками пальцев по моему бедру. — Целиком и полностью.
— Тебе не больно? — спросила, вдруг вспомнив, что он ещё далеко не здоров.
И тут же поспешила сесть, внимательно осмотрела бинты, подняла взгляд к его лицу и поймала открытую счастливую улыбку.
— Ты моё лучшее лекарство, — заверил Далт. — Самое полезное и действенное.
— Но принимать его точно нужно дозированно, особенно в вашем конкретном случае, лорд Корн, — ответила ему. — Злоупотребление лечащими мероприятиями может привести к осложнениям.
— Значит, будем принимать строго по графику. Утром и вечером. А после полного выздоровления, можно будет добавить ещё и день… для профилактики.
— Далт! — я легонько треснула его по руке. — А не много ли будет?
— В самый раз, — тихо рассмеялся он и снова потянул меня к себе.
Я улеглась рядом, блаженно потёрлась носом о его плечо и прикрыла глаза. Мне было так хорошо, так легко, так правильно, что губы сами растянулись в счастливой улыбке, а вот веки почему-то начали слипаться, хотя ещё пару минут назад спать не хотелось совсем.
И тут сквозь внезапную сонливость проступила догадка:
— Ты что, решил меня усыпить? — проговорила, снова пытаясь приподняться.
— Прости, взрывная моя, — ответил он, поворачиваясь на бок. — Ведь иначе ты сейчас снова накрутишь себя и попробуешь уйти, а я… пока не в том состоянии, чтобы за тобой гоняться.
Он поцеловал меня в губы и с открытой нежностью убрал от лица несколько мешающих прядей.
— Обещаю, утром мы снова поговорим.
— Далтер, — прорычала обиженно, уже почти не в силах бороться с наведённым сном. — Я бы… не ушла.
Веки всё-таки опустились, тело расслабленно обмякло, и только слух пока ещё не поддался чарам сна.