Мимоходом бросаю взгляд в узкое окно в коридоре. За стеклом светлеет — неяркий, размытый рассвет окрашивает небо в серо-розовые тона. Значит, прошла действительно только ночь.
Мы останавливаемся у моей двери. Я не сразу решаюсь войти.
Рик не ждёт. Просто открывает и заходит, как будто это по-прежнему его территория.
Иду следом.
Постель смята.
На покрывале — пятна крови.
Но Каэля нигде нет.
— Пришлю Асту. И поставлю дозорных у двери. Тебе нужно отдохнуть, — говорит Рик спокойно.
— Спасибо, — бормочу. Я бы и рухнула, честно. После арха ощущение, будто меня отжали и выбросили. Если усну сейчас, просплю, наверное, лет десять. Минимум.
Рик замирает у порога, будто хочет что-то сказать. На мгновение в его взгляде появляется колебание. Но он лишь отворачивается и уходит, не сказав ни слова.
Не знаю, сколько я проспала, но проснулась отдохнувшей. И первая мысль: почему на меня так внимательно смотрят экономка и Аста?
— Во имя Богини, вы очнулись, лиора! — восклицают они хором, перебивая друг друга.
Я резко сажусь, голова тут же идёт кругом.
— Что… — шепчу, — что происходит?
Сквозь узкую, незадёрнутую щёлку в шторах пробивается свет. Похоже, уже далеко не утро.
— Как вы себя чувствуете? — торопливо спрашивает Аста, подавая мне халат. — Вы не реагировали, и мы…
— Испугались! — добавляет экономка. — Вы проспали три дня.
— Трое… что?! — Я едва не роняю халат. — Вы ошибаетесь. Я просто немного переутомилась. Ну, день, может быть. Максимум два. Не может быть три!
— Доктор приходил дважды, — упрямо заявляет экономка. — Хранитель Рик лично привёз его из Вольного города. Доктор каждый раз говорит, мол, пусть спит, тело само знает, сколько нужно.
— У вас была магическая лихорадка, — добавляет Аста. — На висках ярко светились чешуйки, лиора… Я думала, вас унесёт на небеса, — шепчет она, и у неё дрожит нижняя губа. — Но потом, ночью, свет погас, и дыхание стало ровным.
Вжимаюсь спиной в подушки, чувствуя, как по коже пробегает холодок: магическая лихорадка? Горящие чешуйки?
— С замком творится нечто… странное, — осторожно начинает экономка. — Все ждут вас, лиора. Но ждут с тревогой. Потому что никто не понимает: это дар… или проклятие.
— А-а… что с моим замком?! — я дёргаюсь вперёд, торопливо натягиваю халат, умудряясь продеть только один рукав и тут же падаю обратно. Кажется, сил у меня не больше, чем у сонного котёнка.
— Он меняется, — спокойно отвечает экономка. — Помните, я говорила про стену? Про ту трещину, что мы латали — и она снова расползалась?