Снова. Еще раз.
— Всё будет хорошо, юный господин, — напоследок обратили на мальчишку теплый взгляд. — Всё будет хорошо.
В тот же момент сильный порыв ветра снес двери большого зала с петель вместе с импровизированной баррикадой из мебели. Израненной, загнанной в угол волчицей Мария уставилась на солдат во главе с Сергеем Громовым — некогда верным вассалом рода, а ныне всего лишь жалким предателем. Предателем, который с радостью набросился на них, как только появилась такая возможность.
Тогда мужчина лет тридцати с узкой бородкой сделал широкий шаг вперед. На губах его играла самодовольная ухмылка, а руки сжимали побагровевший от крови меч.
Влад хорошо запомнил эту ухмылку. И меч, унесший не одну жизнь преданных его роду людей. Людей, что до самого конца обороняли поместье, защищали честь своих господ и пожертвовали всем ради них. Ради отца и него самого.
«Какая благородная, но бессмысленная смерть…» — пронеслось тогда в мыслях Влада, когда пугающий мужчина уверенно двинулся в их сторону.
— Не подходите, — змеей прошипела гувернантка, невольно сжав своего воспитанника до хруста костей. Но мальчик никак не показал, что ему неприятно. — Прошу вас, не подходите… Побойтесь гнева Сестёр!
— А то что, девка? — не вызвали ее слова у господина Громова ничего, кроме усмешки. — Собралась заколоть меня этой зубочисткой?
Женщина до боли стиснула зубы. Глаза ее заблестели от нарастающего бешенства.
— Это всего лишь ребенок! — воскликнула она так, что крик ее пронесся по залу громовым раскатом. — Сколь ни был бы грешен мой господин, дети за деяния отцов ответственности нести не должны!
— Но таков закон, — так же неспешно продолжал надвигаться на них мужчина.
Неприкрытая издевка в его голосе могла бы объяснить, зачем он в принципе утруждает себя ответами на глупые вопросы какой-то безродной девки.
— Законы божьи стоят превыше имперских! — вытянула Мария кинжал перед собой, но рука ее дрожала. Своими действиями женщина уже подписала себе смертный приговор, а потому бороться собиралась до последнего. — Вы… вы не можете!..
— Могу, — остановился перед ними Громов и занес меч, лезвие которого отразилось в расширившихся от отчаяния зрачках гувернантки.
Всё произошло слишком быстро.
Оттолкнув от себя мальчишку, женщина с криком бросилась вперед. Взмах меча, отвратительный звук разрезаемой плоти, и лицо Влада оросило алыми брызгами.
— Законы божьи… — с деланной задумчивостью протянул дворянин, переводя взгляд на беловолосого наследника.
Пальцами, онемевшими от страха и чувства близящейся кончины, мальчик усердно стирал капли крови с побледневшего лица. До настоящего момента он думал, что храбро готов взглянуть смерти в глаза, но теперь его буквально парализовало от ужаса. Виски сдавило тисками, живот скрутило, а ледяной пот пропитал нижнюю рубашку. Правда, внешне он оставался удивительно спокойным.