Клейн воочию наблюдал за тем, как фигура Даница безо всяких видимых причин пошла зыбкой рябью, сделалась иллюзорной и окончательно растворилась в воздухе. Теперь сомнений в том, как именно работает механизм проникновения в «Дневник путешествий Гросселя», у сыщика не осталось.
Выждав немного времени, он внезапно уловил многократно наслаивающийся призрачный шепот мольбы. Голос безошибочно принадлежал мужчине.
«Фух… Стало быть, „Дневник путешествий Гросселя“ не в силах наглухо отсечь связь с серой мглой. Книжное измерение по-прежнему резонирует с моими таинственными чертогами… При таком раскладе, даже если я сам нырну следом, то не останусь с голыми руками, лишенный козырей и путей к отступлению…» — Клейн, ничуть не таясь, с огромным облегчением выдохнул.
Желая удостовериться наверняка, юноша вновь отчеканил четыре шага против часовой стрелки. Произнеся мантру и воспарив над серой мглой, он узрел, как прямо подле почетного кресла Шута расходится кругами пульсирующий свет, символизирующий Даница.
«Выходит, туда проваливаются во плоти, вместе с самой душой… Книжная реальность спаяна намертво, и разорвать её извне, просто выдернув астральное тело, не выйдет… Впрочем, логично: будь такой фокус возможен, гадание бы уже давно подкинуло нужную зацепку… А „Скипетр Морского бога“ таит в себе запредельную мощь. Попытайся я даровать его Даницу напрямую — корсар мигом отправится к праотцам…» — полуприкрыв глаза и выпустив щупальца духовности, Клейн скрупулезно прощупал связь, сделав целый ворох утешительных выводов.
Не теряя ни секунды, сыщик низвергся обратно в материальный мир. Подхватив бронзовый кинжал, он тщательно, с помощью клочка бумаги, стер с лезвия остатки крови Даница.
Свернув этот испачканный лоскут и упрятав его в карман, юноша принялся прикидывать дальнейший план действий:
‘Очевидно, придется последовать примеру пирата: окропить обложку кровью и лезть внутрь самому. Это на корню отметает риски для брошенного без присмотра физического тела, да и с проблемой можно будет разделаться куда оперативнее.
‘Но терять бдительность категорически нельзя. Нужно подстраховаться от любых форс-мажоров… Хм… А что, если в ряды команды затесалась крыса? Стоит мне только просочиться в «Дневник путешествий Гросселя», как этот ублюдок тайком прошмыгнет в каюту и принесет проклятый фолиант в жертву «Истинному Творцу», «Изначальной Демонессе» или «Скрытому Мудрецу»? Тогда мне точно крышка, и участь моя будет куда страшнее самой смерти.
‘Львиная доля корсаров с «Золотой Мечты» по уши влюблена в своего капитана. Тот факт, что дешевая, топорная провокация Андерсона сработала столь безотказно, говорит о многом. А значит, можно сыграть на их чувствах: заявить, что на кону стоит жизнь «вице-адмирала Айсберг», и заставить их стеречь друг друга, наглухо перекрыв доступ в каюту. В их преданности сомневаться не приходится.