Холодно. Зябко. И темно, зараза. Лампочку в сортире какой-то ушлый боец скрутил ещё на прошлой неделе.
Веселухин затянулся, выпуская в стылый воздух облачко дыма, и уже собирался погрузиться в чтение криминальной хроники, как вдруг…
БЗДЫНЬ!
Взрывная волна ударила так, что доски сортира заходили ходуном, а земля под ногами ощутимо дрогнула.
— Ну нихрена себе!
Натягивая на ходу штаны, поручик выскочил на улицу. За Амуром, на китайской стороне, в предрассветном небе полыхало зарево, и вверх, к низким серым облакам, тянулся столб чёрного дыма.
В тот же миг завыла сирена, и к нему, застёгивая на бегу китель, подбежал заспанный заместитель, подпоручик Редькин.
— Что за хренотень, Вась⁈ — выкрикнул он, пытаясь перекричать сирену.
— А я почём знаю! — отмахнулся Веселухин, вглядываясь в сторону границы. — У китайцев там какой-то кипиш!
— Началось? А где, блин, наши армейцы, зараза⁈
Вопрос был риторическим. Веселухин и сам уже последнее время очковал. Китайцы, оскорблённые в лучших чувствах после похищения своих панд, активно подтягивали к границе войска. А вот имперская армия почему-то не спешила усиливать их направление. И это при том, что прямо перед их носом был стратегически важный автомобильный мост. Временно закрытый, но от этого не менее опасный.
— Да хрен его знает! Нас не предупредили! Да и кто это мог быть? Арта? Авиация?
— Скорее диверсия, — предположил Редькин.
БУХ! БУХ!
Ещё два глухих взрыва донеслись с той стороны, подтверждая, что это не случайность. В кармане Веселухина затрещала рация.
— Веселухин! Какого чёрта у тебя там творится⁈ — заорал в динамике голос начальника штаба округа.
— Господин полковник! Пока не понимаю! Разбираемся!
— Зараза, Веселухин! Держать оборону! Если китайцы сунутся через мост, взрывать нахрен! Понял приказ?
— Но вроде взрывы на той стороне, — осторожно предположил поручик. — Кажется, наши работают.
— Нет там никаких наших! Мне ли не знать! Пойдут китайцы через мост — взрывайте к едрене фене! Понял⁈
— Так точно!
Веселухин бросился к наблюдательному пункту. Прильнув к окуляру мощного стационарного бинокля, он ошарашенно замер. Там, на китайской стороне, творился настоящий ад. Взрывы гремели один за другим. Техника, которую они подтянули к границе — танки, грузовики, — разлеталась на куски. Китайские солдаты в панике метались, стреляя в разные стороны.
— Ну что там? Что там? — подпрыгивал рядом Редькин, пытаясь разглядеть что-то в свой бинокль.
— Хрен его знает! Ничего не понятно! Они как будто друг с другом сражаются!
Снова затрещала рация, на этот раз на другой, особой частоте. Веселухин похолодел.