Юнг попытался кивнуть, но вместо этого пожал плечами и задал в данной ситуации, наверное, единственно правильный вопрос:
— А кого мы, собственно говоря, собираемся ловить?
— Как кого? — всплеснул руками охотник и с некой обидой в голосе ответил: — Вы что же, до сих пор не догадались? Глубину конечно же, морские хуги, а кого же еще?
С каждой минутой дело приобретало все более интересный, а потому и весьма опасный поворот. Спрятавшись в узкую расщелину между двумя неровными домами, Дорн внес в блокнот короткую заметку и, стараясь не привлекать внимания, последовал за Тронутыми. Разговор он слышал частями. Отдельные фразы и обрывки. Но даже из того, что донесло до него хитроумное устройство, которое отдал ему информатор, можно было понять — в самое ближайшее время Шептун ждут огромное перемены. И, увы, не в лучшую сторону.
Замахнуться на Глубину. Если воспринимать услышанное буквально, то идея явно граничит с безумием. А с другой стороны, праведник уже видел восставших из смерти человеков и наблюдал ужасную картину на острове Свечей, на который обрушилась неведомая сила. Нечто умудрилось пожрать добрую десятку лиг всего за пару минут. Ни одна известная Дорну наука не могла объяснить эти немыслимые события. Поэтому изловить Глубину… А почему бы и нет? Чем неведомые мученики не шутят!
Пока праведник был погружен в тревожные мысли, группа разделилась. Охотник поймал механическую повозку, а Тронутые и сопровождавший их глубинщик зашли в небольшую одноэтажную постройку. Никаких вывесок или иных обозначений. Узенькие бойницы окон и низкий, в половину человеческого роста лаз.
— Милый друг, — праведник остановил проходящего мимо ихтиана.
Сгорбившись и смущенно потупив взор, тот вздрогнул, будто его собирались за что-то отругать.
— Подскажите, что располагается в этом строении?
— Где? — не сразу понял подводный житель.
— Вот здесь, — указал Дорн.
— Фуууурр, вам не стоит туда заходит, — тут же заявил ихтиан. — Запрещено. Это наши запреты. Не ваши, а наши. Нельзя.
— Но почему? — удивился праведник.
Закрутив головой и убедившись, что за ними никто не следит, ихтиан поманил Дорна к себе и тихо прошептал.
— Там наши знания.
— Что?
— Таблички, часть архивов Балитруста.
Праведник поблагодарил нечеловека. Сделал шаг назад, и его силуэт скрыла тень. Шептун погружался в короткие часовые сумерки. Элюмины гасли одни за другим, и по резервации эхом разносились тревожные напоминания местных сторожил. Люди называли их таррами, ихтианы — гаррунами, что на языке подводного народа означало некую несуразицу, вроде человека, следящего за самим собой.