Рорук успел совершить несколько неудачных атак. Взмах — один, второй, третий… Но все выпады оказались бесполезны. Зато ответный удар отбросил воина обратно в круг. Выгнувшись и прижав лапу к окровавленному боку, Рорук выдавил из себя протяжный стон.
Теперь противник не собирался ждать удобного случая — сейчас он атаковал стремительно, агрессивно, желая как можно быстрее завершить охоту. Серая тень пронеслась над головой Ульги, едва не зацепив ее когтями. Девушка мысленно поблагодарила безвестных мучеников, когда на спине выступили крупные капли крови. Почувствовав запах скорой расправы, хищники, а их было уже двое, издали победный клекот.
— Пригнись! Живо! — заметив кровавый след, заорал Крутс.
Он уже приспособил оружие к руке, но оно оказалось слишком тяжелым, чтобы у него получилось свободно перемещаться.
Тем временем хищники перекинулись на ихтиана и атаковали его светящуюся фигуру. Крутс видел, как умело и быстро двигается Рорук, только противники двигались стремительнее. У полукровки создалось впечатление, что летающих тварей уже не две и не четыре, а целая прорва. Взмах лезвия, крик, удар, недовольное фырчанье. Поединок во тьме напоминал световое шоу, которое устраивали на ярмарках огнедувы. С одним лишь исключением — наслаждаться зрелищем было сродни смерти. Приподняв руку с притороченным к ней лезвием, Крутс занял выжидательную позицию. Ему было плевать на все и всех. Страх улетучился сам собой. Просто взял и исчез. Безвозвратно. Кто-то называет такое состояние — обреченностью. Но опытные воины считают его наивысшим проявлением собственного умения, когда ты сконцентрирован только на цели. И ничто не может отвлечь тебя от поединка, победителем в котором может быть только один.
Раньше Крутс редко дрался, а в фехтовании практиковался тайком, в отцовой мастерской, руководствуясь лишь старыми, изъеденными мышами, книгами. Но по всей видимости, дух воина — это нечто иное, неподвластное отсутствию опыта и силы. Сцепив руки, унд встал живым щитом между Ульгой и темнотой. Затаив дыхание, закрыл глаза.
Теперь Крутс не видел ничего: ни того как ловко извернулся ихтиан и нанес смертельный удар одному из хищников. Он слышал лишь победный рык и радостный возглас девушки. А потом был прыжок и два взмаха лезвием. Широкие, карающие, словно палач расправляется с невинной жертвой. Унд попробовал повторить победный звук подводного народа, но усталость взяла вверх, и он немощно повалился набок.
Вернувшись в круг, Рорук устало присел на каменный выступ. Медленно разрезал жгуты завязок и отбросил окровавленное оружие в сторону. Подошел к полукровке, похлопал того по плечу.