И вот ее-то наш род и продал нескольким крупным фабрикам, принадлежащим самому императору.
Это ж надо было умудриться сдать самые ходовые рецепты посторонним! Да, часть прибыли все равно капала в казну рода, но далеко не те суммы, которые могли бы.
Неужели их принудили?
С другой стороны, готовить настойки в таких масштабах на частном предприятии вышло бы дорого. Расход материалов, ремонт помещений, зарплата работникам… Гораздо выгоднее просто получать деньги и ни о чем не думать.
Но ответственность-то никуда не девается! Как можно продавать больному трех и тридцати лет одну и ту же микстуру? Не говоря уже о том, как дар влияет на состояние здоровья. Там же ювелирная точность нужна, особенно если имеешь дело с растущим организмом!
Чем больше аптек я посещала, тем яростнее закипало мое возмущение.
И тем отчетливее становилось понимание, что найти убийц моего рода будет куда сложнее, чем поначалу казалось. Никогда бы не подумала, что в городке может быть столько клиник и лавок с лекарствами!
Мой хитроумный план рассыпался на глазах. Я не могу разорваться и отследить все возможные места, где отравленным продадут антидот! Если даже попрошу сообщать обо всех подозрительных личностях, кто послушает убогую бродяжку?
Раскрывать свою личность нельзя: с таким же успехом за определенную плату могут доложить и обо мне — убийцам.
Придется зайти с другой стороны.
Улицы Ярана я изучала не из праздного любопытства. Мне хотелось понять, сколько лет прошло с момента моей смерти. На то, чтобы фамильные рецепты расползлись по всей стране и позабылся сам факт, что когда-то они принадлежали Гадиным, должно было уйти не одно столетие.
Владелец очередной аптеки обмолвился, что средство от горячки его предки продавали еще в прошлом веке. И уже тогда оно считалось собственностью императора, а не какого-то захудалого рода зельеваров.
Это бесило меня еще сильнее.
Могли бы с купцами сделку заключить! Там хотя бы повлиять как-то можно на процесс. А что во дворец попало, то пропало. Отстоять авторство теперь невозможно, как и расторгнуть договор. Не то чтобы я этого сильно хотела — раз уж мои потомки так решили, значит, не было у них иного выхода. Я дурачков не рожала.
Но досадно было все равно.
Пока изнутри кипела недовольством, не забывала посматривать по сторонам. Случайностей исключать нельзя. Вдруг бандиты, как и я, вышли в поход по лечебницам? Или тот отряд под флагом скалящегося волка забредет в центр.
Значок с обвившейся вокруг чаши змеей попадался на вывесках с раздражающей регулярностью. Я даже спросила несколько раз у прохожих, что он означает. Оказалось, имперский фармацевтический корпус. Что это такое, мне оставалось лишь догадываться, чтобы не выдать себя. Но похоже, что медицина теперь работает исключительно под патронажем его величества.