Автор: Нинель Нуар
Дым стелился по полу, забивая нос и раздражая глаза.
Я закашлялась, чувствуя, как шершавые частички пепла царапают горло.
Где я?
И почему вообще жива?
Камни впивались в бок слишком явственно, чтобы принять их за иллюзию. Древние хроники обещали за краем вечный покой и благоденствие незнания. О ноющей боли в боку там ни слова не было.
Я пошевелилась и чуть не взвыла — рана под ребрами была серьезной.
Под ладонью едва ощутимо грелся алтарь, обещая помощь и исцеление. Я нырнула в его знакомое тепло и ошеломленно зависла в сплетении родовой охраны.
От сложной сети защиты, что я лично развесила по всему дому, остались одни лохмотья. Края просели так давно, что успели развеяться в пыль. Центр еще держался, но показывал немногое.
Мне и того хватило.
По усадьбе с хозяйским видом прогуливались чужаки. Облаченные в странные черные с серым костюмы, с длинными мечами в руках, они методично обыскивали комнаты.
А моя родная кровь, мой род, те, кого я поклялась защищать даже в посмертии, были мертвы. Все до одного. Тела, небрежно сваленные в центральном зале, я пересчитывать не стала — слишком сильно скручивала яростью утраты любая попытка осознать происходящее. Но затухающая пульсация источника подтверждала: его никто не поддерживает.
Он исчезает.
Гадиных больше не осталось.
— Всех нашли? — прокаркал один из чужаков, с круглой эмблемой на груди и серебряными звёздочками на плечах.
— Нет старшей дочери третьей ветви. Остальные здесь, — отчитался другой, вытянувшись в струнку.
Старшая дочь третьей ветви?
Сквозь морок защиты я опустила глаза на свои руки. Молодые, гладкие, запачканные кровью по локоть. Похоже, до того как добраться к алтарю, зажимала рану изо всех сил.
Это не мои руки.
Слишком светлая кожа, слишком слабые пальцы. Такими горло врага толком не сжать, не говоря уже о приличном кинжале.
Выходит, и тело не мое. Да и не могла я выжить: смерть тогда подступила вплотную. Последнее, что я помню — ослепительное сияние источника, принимающего мою душу. Ни о чем не жалею — я к тому времени трижды побывала замужем, вырастила семерых детей, понянчила внуков и даже правнуков. Полуслепая, едва передвигающая ноги, все,что я смогла перед кончиной — добраться до алтаря и передать ему остатки жизненнойсилы.
Думала, на этом все закончится.
Но древние хроники таки бессовестно врали.
— Ищите! — отрывистая команда главаря вырвала меня из оцепенения. — В храме смотрели?
— Она что, дура, бежать молиться вместо того, чтобы прятаться? — проворчал подчиненный, но послушно развернулся к выходу.