Если бы у него было время хоть чуть-чуть осмотреться, он бы вообще не стал тратить патроны. Врагов прикрывал защитный купол не совсем понятной природы. У Эдика — песчаный и мутный, а этот — прозрачный и сильно побольше. Впрочем, прозрачность свою купол тот местами уже потерял, столько в нём зависло пуль и зарядов картечи. И каждый новый залп добавлял килограммов свинца.
— Хрустальный портал, дроу, защита… Где-то я уже с этим сталкивался, — пробормотал Эдик и душу царапнуло неприятным предчувствием.
И он вспомнил, где именно.
«Дальний рейд, ущелье в горах, точно такой же хрустальный портал, только поменьше и среднеустойчивый. Тогда он принёс малый клин дроу, а здесь их…не счесть. И латы немного другие… и хвосты эти конские… непонятные значки на доспехах… — Эдик напрягся, припоминая страничку бестиария Браггета, и обомлел. — Данунах… Личная гвардия Владычицы Ям? Значит, и она где-то неподалёку. Но почему тогда не видно…»
Тот, о ком Эдик подумал, явился, словно по вызову. Из-за стелы, той, что пониже, выплыл уродливый Призрачный Баньши с уже воздетой к небу рукой. Бесплотные губы шевелились, проговаривая вербальную формулу, но слова терялись в канонаде суматошной пальбы.
— Да твою мать-то… — выкрикнул Эдик, но предпринять ничего не успел.
Тварь резким движением опустила руку параллельно земле, с костлявых пальцев сорвалось бурое облако и метнулось к нему, оставляя за собой рваный расплывчатый след. Песчаный купол содрогнулся, приняв удар, в мутной стеночке появилось пятно просветления…
В это пятно тут же впилась стрела и пробила насквозь, высунувшись внутрь больше, чем наполовину. Купол ослабел и следующей магической атаки мог и не выдержать. А Баньши уже зачитывал новое заклинание.
Эдик рванул к ёлкам — благо осталось немного — виляя, как заяц, добежал до бордюра и щучкой нырнул в раскидистые колючие лапы. Лицо поцарапал, колени отбил, в рот набрал смолянистых иголок… И ни секунды не жалел о своём решении. Сверху пронёсся клуб бурой мути. Показалось, что даже деревья перестали шевелиться под ветром.
— Ядрёной заразой пуляется, гад. Не дай бог, пристреляется, тогда точно пиндец, — проворчал он, выплюнув ошмёток обслюнявленной хвои, и память услужливо подсунула слова Аларока: — «От магических атак лучше использовать Водяные Круги».
Эдик лишь досадливо отмахнулся.
«Лучше-то оно лучше, но электричества оно сожрёт — мать моя женщина. Я лучше побегаю, пока не придумаю, чем тварь прибить. Чем её тогда магистр прижучил? Молотом Чистого Разума?».
Эдику снова взгрустнулось — Молотом Чистого Разума он не владел, надо придумывать что-то своё. Вот только как и когда тут придумаешь… Ёлка затряслась от нового попадания бурого облака, за шиворот посыпались сухие хвоинки, веточки и кусочки коры.