— Куда же делась та отчаянная охотница за титулом, которая рыдала на моем пороге неделю назад? — его низкий голос эхом разнесся по стеклянной пристройке. — Вы взяли в долг триста золотых крон, Элара. Из них двести спустили на шелковые платья, кружева и аренду кареты, чтобы попасть на мой Зимний бал. А еще сто — на ингредиенты для приворотных духов и иллюзий красоты. Вы заморили уникальную оранжерею ради нелепой попытки выскочить замуж.
Пазл в моей голове окончательно сложился. Вот оно что! Моя предшественница влезла в астрономические долги не ради бизнеса, а чтобы пустить пыль в глаза и соблазнить этого самого ледяного сноба! «Эх, девочка, — мысленно вздохнула я. — В пятьдесят лет понимаешь одну простую истину: мужчина, клюнувший на блестящий фантик, никогда не задержится ради самой конфеты. А вот собственное дело не предаст».
Князь сделал шаг вперед. Лед под его подошвами тихо хрустнул. Он возвышался надо мной, излучая морозную, подавляющую власть. Наверняка он ожидал, что я снова брошусь ему в ноги с мольбами или попытаюсь неумело кокетничать.
— Твой долг огромен, ведьма. Раз платить нечем, придется отрабатывать иначе, — ледяной тон князя заставил бы дрожать любую. Любую, но не меня.
— В очередь, ваша светлость, — я спокойно отряхнула руки от земли. — Во-первых, у меня рассада стынет. Во-вторых, натурой не торгую. Хотите свои деньги? Дайте мне месяц отсрочки и не лезьте в мою теплицу!
В его глазах вспыхнуло опасное пламя. Кажется, так с надменным хозяином этих земель еще никто не разговаривал… Ледяная маска на его лице дрогнула, сменившись жгучим, почти хищным интересом. Он сократил расстояние, между нами, до минимума. От него так сильно веяло холодом, что мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не отступить назад. Князь резко, но не грубо перехватил мое запястье своей рукой в черной кожаной перчатке.
— Месяц, значит, — его шепот обволакивал, гипнотизировал и пробирал до самых костей.
Кожу обожгло короткой вспышкой — на моем запястье проступил и тут же погас серебристый контур ледяной печати. — Сделка заключена. У тебя тридцать дней, Элара. Но если золота не будет… — он чуть склонился, обдав мою щеку морозным дыханием, — ты узнаешь, что я умею взыскивать долги до последней капли.
Он отпустил мою руку, круто развернулся на каблуках и вышел, оставив меня стоять посреди теплицы с колотящимся сердцем, горящей меткой должницы и абсолютно четким планом действий на ближайший месяц.
Как только за спиной князя захлопнулась дверь и стих мерный стук колес его тяжелой кареты, ледяной панцирь, сковавший теплицу от его магической ауры, начал стремительно таять. Морозные узоры на стеклах превратились в прозрачные капли, которые с тихим стуком падали на сухую землю кадок. Я прислонилась лбом к прохладному деревянному стеллажу и с шумом выдохнула. Колени все-таки мелко дрожали.