Придя к такому выводу, оделась. Раз уж стриптизерша из меня никакая, будем потрясать скрытой красотой. И тут выяснилось, что в роду эльфа псовых-таки не было: в груди куртка оказалась свободновата, в бедрах тоже. А вот с талией угадал. Оптимист, однако.
— Так ему и надо. — злорадно сообщила зеркалу я, прикидывая насколько более пышные формы он надеялся у меня наскрести.
Ну, что сказать? Не всем мечтам суждено осуществиться.
— Тебе идет. — оценил преображение Третий.
— Благовоспитанная леди никогда не позволит себе демонстрировать ноги всем желающим. — осуждающе поджала губы Гвеннэль, подтвердив тем самым прописную истину о невозможности угодить всем окружающим одновременно.
Обязательно останутся недовольные. В ответ я безразлично пожала плечами. Одежда мне нравилась и плевать на чье-то мнение.
— Ты мне польстил. — не удержалась от ехидного намека на несоответствие размера шмоток с суровой действительностью я.
Эльф демонстративно смерил меня заинтересованным взглядом сапфировых глаз, по его губам скользнула настолько чувственная улыбка, что где-то внизу живота сразу образовалось томительное предчувствие чего-то восхитительно приятного и определенно запретного для благовоспитанных леди. Судя по потрясенному выражению породистого лица Гвеннэль, она ощутила нечто схожее и теперь не знала как на это реагировать. М-да. Не эльф, а тестостерон ходячий. За такого замуж выйдешь, большой бейсбольной битой обзавестись придется чтобы поклонниц от невероятной мужской харизмы отгонять. Слетятся ведь как пчелы на мед. Ну или, делая скидку на местные реалии, в которых бейсбол еще не придумали, шипастая булава будет достойной заменой биты. А что? Оружие массивное, тяжелое. Заодно бицепсы подкачаю в боях без правил за лучшего самца. Господи! О чем я думаю⁈ И Гвеннэль хороша! Замужняя леди, а чужим мужикам глазки строит. Блин. Я что? Ревную? Только этого мне еще и не хватало.
— Сама ни раз говорила — «Надежда умирает последней», — с усмешкой сообщил Третий.
— Боюсь, ко мне больше подходит «не в коня корм». — жестко подрубила его оптимизм я.
— Поживем — увидим. — хмыкнул тот, всем своим видом давая понять, что надежду в нем так просто не убить. — Лучше повернись ко мне спиной.
«Неужели станет ушивать одежду прямо на мне?», — искренне изумилась я. — «А что? С него станется. Вон как ловко управляется с ниткой и иглой».
Вопреки моим ожиданиям, эльф не решился блеснуть портновскими навыками. Видимо, берег остатки моей гордости. А то вон он какой из себя весь рукодельный. Я же нитку в иголку вдеваю с трудом, а шью еще хуже. Ну как в таких условиях не обзавестись кучей комплексов? Вместо этого Третий решил заняться моей прической. Его пальцы нежно скользнули по моим волосам, расческа или гребень (я никак не могла увидеть, чем именно ему пришло в голову меня причесать) повторил мерное движение. Мужские пальцы легко коснулись чувствительной кожи шеи, прошлись вниз вдоль позвоночника, разделяя волосы на пряди. Я невольно затаила дыхание. Нет. Меня и раньше причесывали: бабушка, мама, парикмахер в конце концов, даже «брат» Еринэль — но никогда простое действие не воспринималось так интимно. Я остро ощущала его прикосновения даже сквозь кожу куртки. Горячее дыхание обжигало, рождая ответный жар где-то в глубине тела.