Я буквально задохнулась от возмущения. Нет. Ну почему некоторые умудряются все продумать, а у меня вечно какие-то проблемы с планами? Понимаю, ему уже тысяча лет и большой жизненный опыт, но все равно обидно. Очень хотелось высказать ему все, что думаю о нем и его манере меня шантажировать, но никак не могла подобрать нужные слова. Проблема заключалась в том, что половину из того, что приходило на ум, Виллэль скорее всего воспримет как предложение трахнуться в разных затейливых позах и попрактиковать некоторые извращения. Чего доброго, еще и согласится. А вторую половину ругательств он банально не поймет. Вот она — проблема взаимопонимания между разными мирами в действии.
— Блин! Даже не знаю как тебя назвать после этого. — честно призналась я.
— Называй «любимый», я откликнусь. — предложил наглец.
Любимый. Как же. Держи карман шире. Безумно хотелось ответить какой-нибудь колкостью, но, как назло, ничего стоящего не шло на ум. Странно. Как правило, я за словом в карман не лезу, а тут в голову лезла только какая-то глупость. Мы уже подошли к подножью крутой каменной лестницы, по которой в прошлый раз спускались в долину с риском для жизни (между прочим, как минимум одна овца с нее сорвалась), когда я все-таки смогла сформулировать каверзный вопрос:
— То есть ты так просто меня бросишь?
— Брошу? — удивленно переспросил Виллэль, успевший преодолеть несколько первых ступенек подъема.
— Ну ты сам сказал, что в случае моего побега, первым делом отправишься выслеживать моих друзей (слава богу, сами друзья о планах эльфа не догадывались и спокойно поднимались далеко впереди нас), чтобы… чтобы…– тут меня откровенно заело как старую заезженную пластинку.
— Устроить им некоторые неприятности. — пришел на помощь супруг и удостоился гневного испепеляющего взгляда в спину, который просто не мог видеть, от того и благополучно проигнорировал.
— Неприятности⁈ — опешила я от предложенной формулировки. — Неприятности — это, когда мы с подругой пьяные вышли из ночного клуба и нам показалось хорошей идеей упасть лицом в сугроб. Все бы ничего, но там оказался цветочный вазон…
— О боги! — рассмеялся Виллэль. — Зачем вы это сделали?
— Откуда мне знать? Говорю же, мы были пьяны. — пожала плечами я. — Зато от клуба нам подарили несколько бутылок мартини и даже вызвали скорую. Мы же сказали, что поскользнулись. А они реально территорию песком не посыпали. Там многие падали. Правда не так эффектно, как мы.
— Прости. — со смехом в голосе попросил он. — Надеюсь, ты не сильно пострадала.
— Отделалась шишкой размером с кулак прямо посередине лба. А подруга сломала нос. Пришлось нам с ней прокатиться в скорой. Движение — жизнь. И все это я к тому, что пытки с последующим убийством, явно не тянут на определение «неприятности», скорее подпадают под «жуткая жуть» и «ужас». Причем тебе явно плевать что в это время будет происходить со мной. А это прям очень обидно.