— Та зверюга в небе походила на метафору?
Скажу честно: я опешила. Услышанное просто не укладывалось в голове. Мозг упорно отказывался принимать происходящее. Почувствовав, что вот вот кукарекнусь, я решила не испытывать судьбу и обратиться к более безопасной для рассудка теме.
Отложу шоковую терапию на потом: глядишь, и с драконом разберемся.
— Значит, всё это время… — я медленно выдохнула. — Я была слепой идиоткой?
— Нет, — мягко возразила она, подходя ближе — Ты была моей союзницей, родным человеком, практически сестрой…
Я нервно усмехнулась.
— Союзницей? Когда, прости? Всё, что я помню — это как ты бегала по дому и верещала на все лады «ой, сьера, ой, сьера». А ведь я спрашивала тебя, общались ли мы раньше, но ты упорно всё отрицала.
— Потому что иначе мы бы погибли. А вместе с нами погибло бы и наше дело, — её голос был твёрд, как сталь. — Да, под крышей твоего дома мы выглядели всего лишь как хозяйская дочь и простая прислуга, но за его стенами становились теми, кто спасает жизни. Я укрывала нуждающихся, снабжала их деньгами на дорогу, чистыми документами и легендой. Ты умело прятала их магию, гасила их дары так, что «одарённые» проходили досмотры незамеченными и садились на корабли, как самые обычные люди. Уже за морем, в безопасности, их искра возгоралась вновь. Твоё умение, твоя магия — они уникальны. Ни до, ни после мне не встречался никто владеющий подобным даром. Сотни обязаны тебе свободой и самим своим существованием. Нам обеим. Мы были не просто подругами — мы были оружием одного боя, двумя половинами единого выбора.
Я сглотнула.
Мелькнула картинка: руки, сложенные в замок, свет чужой магии, вплетающийся в мою кожу, бегущий по венам, растворяющийся во мне, но не гаснущий. Слёзы благодарности на чужих лицах. И… чёрт, сердце ёкнуло.
Это были не мои воспоминания, но всё же… МОИ!
— А потом?.. — выдавила я.
Рианнон отвела взгляд.
— Потом на тебя донесли. Был допрос и обряд выявления ведьмы. После него ты изменилась. Вела себя так, словно бы не узнавала меня или перестала доверять нам. Будто бы кто-то забрал часть твоей души, твою силу и память.
Я хмыкнула.
А эта Киария была той ещё штучкой! Ловко придуманно: наворотить дел и улизнуть из-под носа инквизиции оставив меня разгребать всё это дерьмо. Ну уж нет, я на такое не подписывалась!
— Нуууу… — философски протянула я, пятясь к «дверям», — Амнезия — вещь серьезная. Тут уж ничего не попишешь. Вот всё, что я сейчас умею.
Я щелканула пальцами. Светлячок радостно вспыхнул на моей ладони.
— Сама видишь: толку от меня теперь никакого, так что… — я потушила огонёк и, наморщив лоб, скороговоркой выдала все известные мне лозунги, — Да здравствует революция! Но пасаран! Ни шагу назад! Короче… удачи вам. А я, пожалуй, пошла….