Шипастый хвост нервно дернулся, рассекая воздух. Шея зверя изогнулась, из ощетинившейся острыми зубами пасти вырвался ещё более жуткий вопль. В этом крике сплелись ярость, отчаяние и боль (так рыдает дикий зверь, оплакивающий потерю детеныша). А в следующий миг в озарившееся багряными всполохами небо, ударил ослепительный столп пламени.
— Быстрее! Сюда, пока он нас не заметил! — прошипел несший меня здоровяк и нырнул в густые заросли под стволом векового дуба.
Остальные последовали за ним. Они успели вовремя: всего лишь за миг до того, как крылатый монстр пронёсся прямо над нашими головами.
Его крылья грохотали, как гром, воздух содрогался, пламя рвало небосвод.
Я смотрела, не в силах отвести взгляд: зверь то пикировал вниз, то снова взмывал ввысь — искал, метался, но не находил.
Но самое ужасное было ещё впереди.
Дракон зашёл на очередной вираж, снизился и полоснул когтями по кроне укрывавшего нас дерева. Словно бы один исполин собирался подхватить и вырвать другого с корнем.
Я чуть не описалась от ужаса. Казалось, что сама смерть заглянула в мою душу глазами огнедышащей твари.
Мир качнулся, звуки и краски поблекли, а потом всё расплылось, подернувшись липкой, туманной пеленой.
Последнее, что я запомнила: удаляющийся силуэт в огне и дыме и… чёрную, беспроглядную тьму.
Сначала пришли звуки.
Равномерное, тягучее кап-кап-кап. Будто кто-то скучающий сидел в темноте и терпеливо отмерял вечность по каплям.
Шорохи, приглушённые голоса, звон железа о железо…
Где-то совсем рядом явно жили люди. Не шумно, осторожно, будто зверь притаившийся в своей норе.
Потом проявились запахи.
Влажный камень, затхлость земли, копоть, вонь подгорелого мяса, аромат свежесваренного супа и ещё тонкая горечь травы, будто её недавно сушили прямо здесь.
Нос предательски защекотало, и я чихнула: звонко, без всякой царственной грации, так, что эхо прокатилось по стенам. Наверное со стороны это прозвучало не очень прилично.
— Ну и ладно, аристократка из меня всё равно как из козы дирижёр… — пробормотала я и распахнула глаза.
Визуал не внес ясности.
Низкий потолок, грубые стены, подсвеченные пятнами жёлтого света. Несколько глиняных чаш с маслом горели неровно, и их отсветы тянули тени по стенам, заставляя их извиваться и корчиться так, словно сама пещера дышала, набирая воздух в каменные лёгкие.
Я моргнула, пытаясь понять, где оказалась. Ничего путного в голову не приходило. Одно было ясно — гостиничный номер «люкс» мне снова не перепал…
— Где я, мать его?!
— В безопасности, — раздался до боли знакомый голос, — Добро пожаловать в наш дом, Киария. Хорошо что ты очнулась, а то мы уже начали волноваться.