Одной рукой он сжимал четыре широкие ноздри, а второй тыкал пальцем в сторону комнаты для справления нужды. Вытянутая синяя морда кривилась, демонстрируя отвращение. Узкие глаза с мольбой глядели в глаза-бусинки гусеницы. Фёдор мгновенно догадался, что бедолага жалуется на запах, исходящий из отхожего места. У жуков этот аромат вызывал ноль раздражения, поэтому сам он не обращал на него внимания.
Королева отправила головастика закопать источник вони, а по пути в спаренном сознании возникали мысли по поводу целесообразности этих действий:
«Раз уж я ем и перерабатываю абсолютно всё, то мог бы и кал реконструктора сожрать, вместо того чтобы возиться с выгребными ямами. И что мешает мне так поступить? Остатки человеческой брезгливости? Но ведь птичье дерьмо я уже жрал и на вкус оно было как обычная глина… Может оставить всё, как есть, и попросту не обращать внимание на недовольство пленника? А то уж больно много он для своей жалкой персоны требует. Ему здесь не царские покои!…Тогда рано или поздно запах распространится по всем туннелям и начнёт выходить из вентиляционного отверстия. А оно мне надо? Из него и так воняет жуками, настолько, что тренированная ищейка с лёгкостью находит… А запах реконструктора… Погодите… А ведь запах реконструктора и запах жучьей колонии — это два совершенно разных аромата!»
Тут Фёдора осенила гениальная мысль. Вместо того чтобы прикопать отхожее место, головастик поглотил все фекалии гуманоида, накопившиеся за прошедшие дни. После этого гусень с вонючим наполнением отправился обратно в хаб, а из него — в северный туннель, ведущий к маскировочному дереву. Там, в узком проходе, он принялся обмазывать калом земляные стены и постепенно продвигаться выше к сухому стволу. Закончил он непосредственно перед дырой, через которую входил воздух с поверхности. Её он также обильно смазал, и на этом запас дерьма исчерпался.
«Я не смогу полностью убрать запах жуков, но хотя бы замаскирую его запахом гуманоидных испражнений», — подумала королева. — «Теперь есть мотивация для более обильного кормления пленника. Возможно, стоит также подумать о поиске чего-то вроде острого перца на деревенских грядках, или о сборе фекалий разных животных по лесу, и последующем применении всего этого для маскировки систем вентиляций. Кучки фекалий также можно класть на маскировочные дёрновые люки в схронах-анклавах. Они не только замаскируют запах, исходящий из вентиляционных трубочек, но и дополнительно обезопасят от продавливания люка чьей-то ступнёй. Мало кто из животных или гуманоидов добровольно наступит ногой в говно…»