— Что же, не смею задерживать, — любезно улыбнулся я. — Все прекрасно понимаю. Обязанности прежде всего.
Мы раскланялись и простились.
А идея с хересом или чем-то наподобие мне понравилась. Не собирался ведь. Но вот на самом деле захотелось. Чудесный теплый вечер, тишина, бокал вина, сигарета и удобное кресло на террасе…
— Тихон! — Мой денщик никогда не отходил далеко, и настоящий момент не являлся исключением — не прошло и десяти секунд, как мужик с поклоном интересовался, чего мне угодно.
Да понятно чего. И через четверть часа я уже сибаритствовал, потягивая великолепный портвейн и выдыхая сигаретный дым. И тишинааа! И «мертвые с косами» отсутствуют.
Нужно бы прорепетировать разговор с подполковником, но совершенно нет настроения напрягать извилины. Хотелось просто раствориться в этом чудесном вечере и получать удовольствие. Имею я право на часик релаксации, в конце концов!
Но тишина была нарушена. Не сказать, что в худшую сторону: из окна полилась незнакомая мелодия, весьма неплохо исполняемая на фортепиано.
Ну, конечно, это Настя музицирует. А ведь неплохо. Никогда не был поклонником инструментальной музыки, но в данный конкретный момент — весьма кстати.
Упс! Настя? Нет, опухоль-то уже практически спала, но ведь не до такой же степени, чтобы пальцами по клавишам порхать. Ерунда какая-то!
Не очень-то хотелось подниматься с кресла, но просто посиживать и оставаться в сомнениях я не мог. Бокал пришлось оставить — не заявляться же в комнату к девушке с алкоголем в руках.
Я понимаю, что о своем визите лучше предварительно доложить, но, думаю, данная ситуация давала мне право просто постучать в дверь. Анастасия Сергеевна все ж таки моя пациентка. Хоть и пока.
Легкая смесь облегчения и обалдения от увиденного в комнате, после того как меня пригласили внутрь. Слава богу! Ни я не рехнулся, ни помещичья дочка феноменом не является: за роялем находилась Наташа. Анастасия Сергеевна сидела в кресле и только слушала.
Вот сейчас бы сюда нашего французского друга. Пусть бы полюбовался и послушал, как псковская крестьянка по клавишам наяривает. Неужели он раньше этого не видел и не слышал? Или просто задуматься не хотел?
— Прошу прощения за поздний визит, Анастасия Сергеевна. Просто, услышав звуки музыки, я забеспокоился: вам еще рано играть на фортепиано.
— Благодарю за столь трогательную заботу, но, как видите, причин для беспокойства у вас нет, Вадим Федорович.
Мне показалось или Настя действительно была рада моему появлению? Даже думать боюсь. Но какое приветливое у нее лицо…
— Если вас не раздражает Наташино исполнение, то приглашаю вас присоединиться.