— Ну хватит, — буркнул я. — Говорю же тебе, вообще ни черта не помню. Ни свалку. Ни Толика. Ни этих бомжей…
— Что за слово такое? — изумился Тима. — Красиво как звучит — бомж. Как колокол церковный. Господи, спаси.
— Что это за мужик с нами говорил? — продолжал я. — И куда исчезают голодранцы?
— Так это Баба, — ответил он, сделав ударение на второй слог. — Баба тут старожил. Уже лет пять крутится на свалке.
— А мы с тобой?
— Ну, ты где-то год назад появился, а я чуть раньше, — ответил Тима. — Всё, давай собирать.
Нам выделили огромную площадку недалеко от контейнеров. Копать мусор лопатой было жутко неудобно. У Тимофея было какое-то приспособление, похожее на серп. Им он лихо разгребал мусор, доставая из-под грунта всё ценное. К сожалению, ничего интересного мы не нашли. Улов полагалось относить к контейнерам, где уже стоял Толик и всё записывал.
— Слушай, — предложил я. — У тебя ж нога болит. Давай ты будешь вёдра наполнять, а я — носить. Так и наберём больше.
— Толик не оценит, — засомневался Тимофей.
— Я ему объясню целесообразность.
— Чего? Ох, зря мы с тобой тормозуху пили…
Опытный мусорщик действительно наполнял вёдра очень быстро. Я носил по две штуки, и к каждому возвращению ещё два были забиты доверху. Пластика было мало, что странно. Зато железа и стекла — огромное количество. Уже на втором заходе я начал мечтать о тачке или хотя бы о тележке с колёсами.
— Господин бригадир! — сказал я, обращаясь к Толику.
— Чего тебе, обосрыш? — спросил он. — Близко не подходи, смердишь, аки обезьяна.
— У нас с Тимофеем будет общий счёт, — объяснил я, пропуская колкости мимо ушей. — У него нога болит, он копает. А я — ношу. Потом весь улов разделим пополам.
— О как ты заговорил, — буркнул бригадир. — Ты ж обычно даже имя своё не мог сказать без мата.
— Вчера головой приложился, — зачем-то сказал я. — Маты все забыл. И курить бросил.
Толик рассмеялся. В уголках его колючих глаз даже появились приятные морщинки. Он посмотрел на меня уже без злости — так мне показалось.
— Ладно, — буркнул он. — Рационализаторы хреновы. Носи, потом разделим.
Происшествие
День казался бесконечным. Руки отрывались под тяжестью вёдер. С меня сошло уже семь потов, пить хотелось жутко. Мне стало интересно, откуда брал воду Толик? Вряд ли он пил из рассадника бацилл. Потом я увидел невероятное. Возле одной из бытовок стоял целый ящик стеклянных бутылок. Я дождался, пока никого не было рядом, и подошёл.
Взял одну бутылку, положил за пазуху. Беспалевно пошёл на поле. Никто не окликнул. Кажется, остальным бомжам до меня не было никакого дело. И всё равно, украдкой, я открыл стеклянную бутылку, свинтив крышку, и залпом выпил почти всю воду. Потом вспомнил про Тиму и мне стало стыдно. Подошёл к нему и протянул бутылку.