Да… Нам достался очень хитрый противник. Душманье Юсуфзы отличалось коварством, но по-настоящему опытных бойцов в банде было не так много. Большинство лишь вчерашние крестьяне. Некоторые даже не обстрелянные. Тут мы имеем дело с гораздо более умелым противником.
— И что ты предлагаешь? — Сдался Черепанов.
— Займем стрелковые позиции, — сказал я, — тогда они поймут, что мы раскусили их план. И им придется делать следующий ход. Они знают, что время поджимает. Скоро здесь будет подкрепление. Нарыв, наверняка уже понял, что следы были уловкой.
— А Алейников? — Кивнул Черепанов на Стаса, лежащего от нас метрах в двухсот.
Я поджал губы.
— Я пойду к нему. А вы прикроете. Если он еще жив, я вытащу его к безопасному месту.
Черепанов засопел, но все же кивнул.
— Все слышали Селихова, — сказал он мрачно, — к бою.
Пограничники тут же ушли с тропы. Залегли за кустами и в подходящих складках местности.
— Готов, Саша? — Сказал Черепанов, когда мы с ним упали за большим кустом, а потом стиснул свой Стечкин.
— Готов. Пошел. Если что — прикрывайте.
Я пригнувшись чуть не гуськом пошел вперед. Старался скрыться за кустами округлой колючки и можжевельника, которым поросла кромка берега почти у самой пограничной тропы. Нужно было торопиться и стараться не выдать своего присутствия врагу, который, скорее всего, засел где-то поблизости.
Чуть больше минуты мне понадобилось, чтобы скрытно преодолеть почти все расстояние до Стаса и понять, что он все еще жив.
Алейников лежал на спине, распластав ноги и руки. Грудь его медленно вздымалась при каждом вдохе. Тем не менее он не шевелился. Возможно, был без сознания.
Я остановился за кустами и большим валуном. Нас с Алейниковым разделяли какие-то семь или восемь метров. Отсюда нельзя было рассмотреть, куда ему прилетело и прилетело ли вообще. Однако мои догадки оказались верны — пограничника обезоружили. Ни автомата, ни подсумка с патронами, ни даже штык-ножа я на нем не увидел.
Тогда я достал из подсумка РГД-5. Вкрутил запал и заблаговременно разжал усики чеки. Аккуратно сунул гранату в карман, а потом, взяв автомат, привстал, осмотрелся.
На первый взгляд вокруг не было ни души. Тогда я решился и, пригнувшись, скорой перебежкой, помчался к Алейникову. Застыл рядом с ним на колене. Вскинув автомат, стал быстро водить им из стороны в сторону, выцеливая предполагаемого врага.
В этот момент Алейников вдруг вздрогнул, закашлялся, а потом очень глубоко и хрипло вздохнул.
— Тихо, не шевелись, — сказал я резко.
— М-м-м-м… — Застонал Алейников, — больно… Не могу… Больно…