На душе паршиво, стоит вспомнить разочарованный взгляд Авилова, как мне тут же хочется повернуть время вспять. Перебороть свой страх и все исправить…
А если он не придет? Эта мысль короткой вспышкой пронеслась в голове, заставив меня замереть. Нужно его остановить! Догнать и не дать уехать. Только не так. Не на такой ноте…
Я резко подскакиваю с места, лечу в спальню. Натягиваю на себя штаны, как назло, это удается не сразу. Ноги вспотели, и ткань собирается на лодыжках гармошкой. Я чертыхаюсь, резко выдыхаю и откидываю волосы назад. И в этот момент малыш в животе начинает пинаться, будто почувствовав мою нервозность.
– Чшшш, малыш, – ласково приговариваю я, поглаживая живот. – Мамка у тебя дурочка, но что поделать… надеюсь, характером ты пойдешь в отца…
Я буквально вылетаю из подъезда на улицу, накинув на себя тонкую куртку. Только бы успеть! Останавливаюсь посреди пустой парковки и лихорадочно верчу головой по сторонам. Машины Глеба нет… и его тоже нет… не успела.
Почему-то мне казалось жизненно важным именно сейчас сказать Глебу, что я согласна! И дом… наш дом… он прекрасен… я уже представляю, как мы будем обживать его… как будет слышен в нем топот маленьких ножек… только вот я все испортила…
Понурив голову, иду к качелям посреди двора. Пытаюсь примостить свою раздувшуюся за последнее время пятую точку на них, но у меня не выходит. И осознание своей никчемности становится триггером. Из глаз брызгают слезы.
– Да чтоб тебя! – закрыв глаза, пинаю ни в чем не повинные качели и в этот момент слышу голос, который стал родным.
– Чего ревешь?
Вот и галлюцинации подъехали… ведь это не может быть Глеб. Он же уехал…
– Я жирная, – со всхлипом отвечаю, не открывая глаз. Это же галлюцинация, ей можно признаться.
– Ты не жирная, ты аппетитная, Ушакова. И вообще, какого черта ты тут морозишься? – рычит в ответ галлюцинация, а я резко открываю глаза и поворачиваюсь назад.
Авилов стоит прямо передо мной, смотрит строгим взглядом, в руках какой-то пакет.
– Ты же уехал… – мямлю я. – Я думала, ты обиделся…
Глеб качает головой и чешет переносицу. А потом хватает меня за руку и тащит к подъезду.
– Запомни, Марина, – наставительно говорит он, пока мы подходим к дому. – Мужчины не обижаются. Они делают выводы.
– И… какой же вывод сделал ты?
Я понимаю, что снова говорю совсем не то.
– Вывод, что с моей будущей женой мне придется ой как не просто.
– Женой…?
– Да, Ушакова, – смеется Глеб и придерживает передо мной дверь. – Или ты думала так просто от меня отделаться?
Марина
– Возьмите партнера за руки и закройте глаза!