А вообще все такие разговоры у нас заканчивались одинаково. Глеб просто поднимал мою раздувшуюся тушку на руки и тащил в постель. И уже там убеждал так, как только он умеет… до фейерверков в глазах и до молний по всему телу…
И вот сейчас Авилов сидит передо мной в ожидании ответа. А мне хочется смалодушничать, взять и сбежать. Я ведь знала, что рано или поздно этот разговор наступит. Он был неизбежен и витал над нами нависающей тучей неопределенности.
Но я все это время гнала от себя мысли о переезде. Словно нерадивый ребенок, думала, раз я закрою глаза, то ничего и не случится… Как в детстве, когда пугают монстры под кроватью, и ты уверен, что если их не видеть, значит их нет…
– Я… я не знаю, Глеб, – осторожно говорю мужчине.
– Что тут вообще можно обсуждать? Нам хорошо вместе, у нас будет ребенок. Или ты хочешь отношения на расстоянии? – вздернул бровь Авилов. – Так это все только в фильмах красиво.
– Ты не понимаешь! – всплескиваю руками.
– Не понимаю, да, – со всей серьезностью отвечает Глеб. – Я, черт возьми, не понимаю, почему тебя так пугает переезд со мной в Москву? Или это гормоны шалят?
И вот как ему объяснить, что я сама не могу разобраться в своих чувствах. С одной стороны я хочу быть с Глебом, хочу семью. Но меня пугает этот шаг.
Все это уже было… И клятвы в любви и верности, и ощущения того, что я одна во вселенной для человека… Вот только Авилов ни разу не говорил мне о любви. И хотя я чувствую в каждом его жесте, насколько ему дорога, в глубине души меня гложет червячок сомнения. А вдруг все повторится…?
Я боюсь снова обжечься. Потому что в этот раз я просто не выдержу, уверена. Мое сердце просто перестанет биться в груди, если Авилов причинит мне боль. Слишком глубоко в нем засели чувства к этому мужчине.
– Дай мне время, – пытаюсь выпросить отсрочку.
Но Авилов сжимает губы и медленно качает головой.
– Оно у тебя было, Марина.
И ведь я понимаю, что он прав. И что я веду себя, как последняя идиотка. Но все равно в голове стоит какой-то блок, который заставляет противиться этому решению…
– В общем, так! – резко поднимается из-за стола Авилов.
Черты его лица заострились, я понимаю, что обидела его своими метаниями. Хочется кинуться к нему и сказать, что я обыкновенная трусиха, рассказать все, как на духу. Но Глеб молча забирает у меня из рук свой телефон и кладет в карман своих брюк.
– Я ухожу, – отстраненным голосом говорит Авилов. – Нужно решить кое-какие дела перед отъездом. Звони, если что.
Наклоняется и целомудренно целует меня в лоб. Я закрываю глаза, чувствую, как по щеке катится слеза. А когда открываю, Глеба уже нет. В квартире без него сразу становится пусто и одиноко.