Мне было страшно. И стыдно. И почему-то очень, очень хорошо.
— На колени, — сказал он.
Я опустилась. Пол был холодный. Он достал откуда-то кожаный ошейник. С кольцом.
— Это не больно, — сказал он. — Просто знак.
Он застегнул ошейник у меня на шее. Я почувствовала тяжесть кожи. Кожа была прохладной, гладкой, пахла чем-то сладким. И почему-то я возбудилась ещё сильнее.
— Подползи ко мне, — сказал он.
Я встала на четвереньки и поползла. До него было метра три. Пол был холодный, колени сразу замёрзли. Я ползла, чувствуя себя униженной. И возбуждённой. Одновременно. Я смотрела на его ноги, на его руки, на его член, который уже стоял. Я хотела его. Я боялась его. Я хотела бояться.
Он стоял и смотрел на меня сверху вниз.
— Открой рот, — сказал он, когда я доползла.
Я открыла. Он расстегнул джинсы, достал член. Он был твёрдым, горячим. Я взяла в рот. Он взял меня за волосы, не больно, но властно. Я сосала. Он двигал бёдрами, входил неглубоко. Я смотрела на него снизу вверх. Его глаза были полузакрыты. Он смотрел на меня, на свои пальцы в моих волосах, на мой рот. Я чувствовала его вкус. Солёный. Мужской. Я хотела, чтобы он кончил. И боялась, что он кончит. Потому что тогда это закончится.
— Глубже, — сказал он.
Я взяла глубже. Закашлялась. Он не остановился.
— Смотри на меня, — приказал он.
Я смотрела. Глаза у него были зелёные. Холодные. Возбуждённые. Я видела в них своё отражение. Униженную. Грязную. Счастливую.
Он задышал чаще. Я чувствовала, как член пульсирует у меня во рту. Он вытащил. Не кончил.
— Встань, повернись, руки на стену, — скомандовал он.
Я послушалась. Встала лицом к стене, оперлась ладонями на холодные обои. Обои были шершавыми, пахли краской и пылью. Он подошёл сзади, задрал мои волосы, поцеловал в шею. Губы были горячими. Я почувствовала его дыхание у себя на коже. Потом он отстранился.
— Хорошо, — сказал он.
И шлёпнул меня по попе. Не больно. Громко. Звук разнёсся по комнате. Я вздрогнула. Между ног стало мокро.
— Считай, — сказал он.
Он шлёпал снова и снова. Я считала. Один. Два. Три. К семи у меня горела попа. Кожа стала горячей, чувствительной. Каждый удар отдавался в клиторе. Я хотела, чтобы он остановился. Я хотела, чтобы он продолжал.
— Тебе нравится, — сказал он.
— Да, — прошептала я.
Он взял меня за ошейник, потянул на себя. Я отклонилась назад. Он вошёл в меня сзади. Резко. Глубоко. Я закричала. Не от боли. От того, как хорошо.
— Тихо, — сказал он.
Он двигался жёстко. Держал меня за ошейник. Каждый толчок отдавался во всём теле. Я чувствовала его член внутри себя. Толстый. Горячий. Пульсирующий. Я кончила. Волной. Ноги подкосились. Он удержал меня за ошейник.