Грейвс рассказывает нам о культе Великой богини Сирии – матриарха. Домашний очаг был древнейшим общественным центром, и чудо жизни через материнство было великой тайной. Первая жертва греческого общественного жертвоприношения, как рассказывает Грейвс, была принесена в жертву Гестии, хранительнице домашнего Очага. Она была одновременно и представителем основной нуклеарной семейной группы, которая использовала огонь для тепла, приготовления пищи и изготовления орудий труда, и родовой общины, выживание которой зависело от количества членов. Она была представлена в Солнце и Луне, а также в сезонных изменениях – в Селене, Афродите и Гекате – триаде: деве, нимфе и старухе. Таким образом, становится ясно, что важнейшие атрибуты существования воплощаются в божествах и представляются ими, а ритуал, который их окружает, – это призыв и празднование того, что они символизируют. Вполне естественно ожидать, что все основные элементы и чудеса природного мира воплотятся в религиозном ритуале.
Теперь в этом сложном мифическом ритуале принимают участие жрецы или, правильнее сказать, жрецы-короли. Фрэзер в «Золотой ветви» упоминает Лесного царя (Rex Nemorensis) и судьбу, которую он принял, убив своего предшественника. Фрэзер указывает на сочетание жреческих функций с королевской властью.
Во многих случаях царей почитали не просто как священнослужителей, посредников между человеком и богом, но и как богов, способных оделить своих подданных и поклонников благами, которые, как правило, считаются находящимися вне компетенции смертных и испрашиваются путем молитвы и жертвоприношения у сверхъестественных, невидимых существ. Так, от царя часто ожидали воздействия в нужном направлении на погоду, чтобы зрели посевы и т. д [68] . [1]
Фрэзер, исследуя природу короля как бога и природной силы, рассматривает и приводит в пример местных королей природы, поклонение деревьям, символику священного брака и так далее. Существенным аспектом во всем этом мифическом ритуале, ведь что такое симпатическая магия, как не форма мифического ритуала, является акцент, который она делает на природе и ее элементальных силах. Грейвс также упоминает о Священном короле, чье правление длилось год и было связано с циклами природы.
По мере того как мифы становились частью религиозной или народной истории культур, их значение в ритуалах постепенно отодвигалось на второй план, уступая место повествованиям, которые были неотъемлемой частью обучения. Ритуалы превратились в сложные символы, которые, тем не менее, сохранили ключевые элементы мифа и его связь с природой. Анализ значения греческих мифов, проведенный Грейвсом, наглядно демонстрирует это. Он помещает эти повествования в их ритуальный, антропологический и археологический контекст, что позволяет глубже понять их смысл.