Следующие дни слились для Игоря в однообразную череду — река, берега, сменяющие друг друга пейзажи. Леса постепенно редели, уступая место степным просторам. Поселения встречались всё реже, люди всё настороженнее относились к проплывающим мимо боевым ладьям.
На пятый день после прохождения порогов Игорь почувствовал перемену в воздухе. Она была неуловимой, но явственной — запах стал иным, солёным, словно морским. И действительно, вскоре река начала расширяться, превращаясь в огромное озеро, а затем — в морской лиман.
— Сиваш, — сказал Альрик, указывая на расстилающееся перед ними водное пространство. — Гнилое море, как называют его местные. Мелководное, изобилующее протоками и островами.
— И где наш путь? — спросил Игорь, вглядываясь в лабиринт мелких проток, разделяющих бесчисленные острова.
— Там, — указал Альрик на едва заметный проход между двумя низкими песчаными отмелями. — Он выведет нас в Азовское море, а оттуда — в устье Дона.
Игорь дал команду, и ладьи осторожно двинулись в указанном направлении. Проход был узким, мелководным, с предательскими подводными течениями. Несколько раз они едва не сели на мель, один раз пришлось спускаться в воду и толкать ладью через песчаную отмель.
Но к вечеру флотилия вышла в открытые воды Азовского моря. Здесь их встретил свежий ветер, поднявший небольшие волны. Игорь приказал поднять паруса, чтобы дать отдых измученным гребцам.
— Два дня до устья Дона, — сказал Альрик, глядя на горизонт. — Ещё три — до Саркела. Если не будет штормов и встречных ветров.
— И если нас не заметят раньше, — добавил Игорь.
— И если нас не заметят, — согласился Альрик. — Но мы выбрали самый неожиданный путь. Хазары ждут нападения с юга, со стороны Чёрного моря. Или с запада, по суше. Но не с северо-запада, через Сиваш.
Игорь кивнул, надеясь, что расчёт окажется верным. От элемента неожиданности зависел успех всего предприятия. Если их обнаружат слишком рано, если хазары успеют подготовиться, небольшой отряд окажется в безнадёжном положении против превосходящих сил противника.
Ночью поднялся ветер, усилилось волнение. Ладьи, рассчитанные больше на речное, чем на морское плавание, с трудом держались вместе. Дважды Игорь приказывал дать сигнальные огни, чтобы собрать разбросанную флотилию. К утру все изрядно устали, но обошлось без потерь — все двадцать судов были на месте, без серьёзных повреждений.
Ещё два дня они шли вдоль пустынного берега, борясь с противными ветрами и течениями. На третий день вдали показались очертания дельты большой реки — Дона, как подтвердил Альрик.