Игорь стоял на носу передовой ладьи, вглядываясь в темноту. Рядом с ним находился Альрик, чьи глаза, казалось, видели гораздо лучше в ночи, чем у обычных людей.
— Ещё верста, — прошептал купец. — За поворотом реки будет видна крепость.
Игорь кивнул, чувствуя, как напрягаются все мышцы тела в предвкушении опасности. Этот момент тишины перед боем всегда был самым тяжёлым — когда уже нельзя отступить, но ещё нельзя действовать, когда приходится ждать, сдерживая рвущуюся наружу энергию.
Флотилия медленно прошла поворот реки, и впереди, на высоком берегу, показались смутные очертания массивных стен. Саркел — «Белая крепость», как называли её хазары, главный форпост каганата на северных границах. В свете звёзд белокаменные укрепления казались серебристо-серыми, внушительными даже издалека.
У подножия крепостного холма темнела вода гавани, где смутно виднелись силуэты кораблей — боевых ладей, похожих на их собственные, но с характерными хазарскими надстройками на носу и корме. Игорь насчитал не меньше тридцати судов — целый флот, готовый двинуться на север, к славянским землям.
— Смотри, — шепнул Альрик, указывая на узкий проход в частоколе, окружавшем гавань. — Там должна быть стража.
Игорь всмотрелся и различил две фигуры, неподвижно стоявшие у входа в гавань. Хазарские воины, вероятно, совсем не ожидали опасности — расслабленные позы, отсутствие видимой бдительности. Они охраняли порт скорее от воров, чем от вражеского флота.
— Сигнал, — еле слышно скомандовал Игорь, и один из дружинников трижды мигнул закрытым фонарём, передавая условный знак остальным ладьям.
Флотилия остановилась, держась на расстоянии от берега, вне зоны видимости стражи. Согласно плану, первыми должны были действовать лучники — снять часовых бесшумно, не дав им поднять тревогу.
Два лучших стрелка, Добрыня и Путята, осторожно перебрались на маленькую лодку и начали медленно грести к берегу, держась в тени прибрежных кустов. Игорь напряжённо следил за их продвижением, затаив дыхание. Один окрик, один звук рога — и весь план рухнет.
Лодка остановилась за большим камнем недалеко от входа в гавань. Стражники всё ещё ничего не замечали, занятые тихим разговором. Игорь видел, как Добрыня медленно поднял лук, натянул тетиву, прицелился…
Два коротких свиста прорезали ночь, почти одновременно. Стражники дёрнулись и упали, не издав ни звука. Стрелы нашли цель — прямо в горло, перерезая крик вместе с дыханием.
Добрыня встал в лодке и махнул рукой — путь был свободен. Игорь дал сигнал к наступлению, и ладьи бесшумно двинулись к гавани, вёсла работали медленно, почти не создавая плеска.