Как только высадка произошла, моя помощница — Анна, взяла управление «Ашкой» на себя и повела октокоптер с люлькой на базу. Я же продолжил прикрытие десантировавшегося напарника с «Бэшки», внимательно осматривая горизонт.
Кудрявцев поправил висящий на шее автомат, надел рюкзак, в котором лежали запасные магазины с патронами, гранаты и инструменты, поднял с земли четыре связанных между собой пустых двадцатилитровых канистры, что были доставлены вместе с ним, закинул их за спину и, стараясь не шуметь, направился к цели.
Всё время его движения я наблюдал за местностью в разных спектрах и к своему счастью отмечал, что нам пока везёт. Ночь была хоть и лунная, но спокойная, и никто из двуногих в сторону разрушенного депо не направлялся и, кажется направляться даже не собирался.
Дойдя до вагонов, напарник получил от меня донесение, что в округе всё тихо, скинул на землю канистры и рюкзак, вытащил из последнего гвоздодёр, залез на выступ платформы и занялся делом. Так как строительный инструмент был увесистым, рычаг получался достаточно хорошим и у петель замка шансов не было. А потому уже через несколько секунд дверь вагона была распахнута.
Сергей подошёл к бочкам и попытался их пошевелить.
— База, всё нормально. Они полные, — произнёс он в рацию, хотя понимал, что, так как я за ним наблюдаю, то сам всё это вижу.
— Отлично. Приступай к распаковке, — произнёс я и добавил: — Вскоре прибудет подкрепление.
А подкрепление в лице бывшего преподавателя уже готовилось к вылету.
Вместе с ним должны были лететь ещё шесть канистр и три доски, которые должны будут использованы как направляющие для спуска полупустых бочек из вагона на землю. Почему именно три, а не две? Так ведь — вдруг одна сломается⁈ Чинить на месте — это время терять. А столь ценным ресурсом в нашем положении мы разбрасываться не могли.
Доставка Лазутина до места прошла так же без приключений, и вскоре тот уже подошёл к Сергею, который к этому времени через шланг, постоянно отплевываясь от попавшего в рот топлива, уже наполнил канистры привезённые с собой.
Он принял из рук бывшего преподавателя новую тару и занялся переливом, а Эдуард Алексеевич, взяв в руки две наполненные канистры, понёс их к растущему за вагонами кустарнику, где его уже ждал грузовой октокоптер. Принеся ещё три канистры, он с помощью верёвок прикрепил весь груз к дрону, и сообщил по рации, что всё готово.
Мысленно перекрестившись, я начал подъём. Несмотря на то, что вес для октокоптера был предельный, аппарат поднял его вполне приемлемо. Это обуславливалось не только тем, что аккумуляторы были довольно свежими, но и тем, что груз был распределён вполне равномерно.