— Нет-нет, если ты… я…
Марина заметно смутилась, опустив взгляд.
— Расскажи, что тебе кажется неправильным в происходящем, — спросил я девушку. Может когда скажет, снова чужая память активируется, что-то понятнее станет.
— Я в розыске.
— В розыске?
— Да, в розыске.
— Что ты для этого сделала?
— В том то и дело, что ничего, — глаза Марина так и не поднимала. Заметно нервничает, крутит в руках бумажку, губы уже все искусанные — я только-только обратил внимание. Несколько раз порывалась начать рассказывать, но каждый раз осекалась.
— Марин. Не бойся, я не прокурор и я не кусаюсь.
— Видишь ли, я… я была очень напугана, когда попала сюда, — заговорила она, так и не поднимая взгляда. — Оказавшись в тумане я сразу встретилась с гоблинами — испугалась, убежала от них почти в самый центр монолита. Там столкнулась с кадаврами, они меня едва не убили, потом меня нашли и вывезли. Я тогда так испугалась, что сама мысль о возвращении в туман вызывала у меня истерику. Поэтому после карантина я согласилась стать рабыней у высоких фамилий…
Марина договаривала фразу совсем негромко, словно опасаясь моего осуждения. Я только плечами пожал — чего только не бывает, понять можно.
— Продолжай.
— Меня вывезли на орбиту и выставили на трудовой бирже, что по факту рынок рабов, где меня сразу же выкупил Альтерген. Относительно повезло — когда меня продавали, я сто тысяч раз пожалела о решение отдать судьбу в чужие руки.
— Почему?
— Это действительно лотерея — можно попасть в услужение вполне обычным людям, а можно в бордель или хоть куда, на стол вивисектора, например. Серые имеют какие-то права только на цивилизованных территориях, а Простор Селены, особенно территории Пакта Гермеса… ты знаешь, что это?
— В политику я нормально подкован, остались знания. И про Пакт, и про Сенат, и даже про войну орла с волчицей.
Про эту недавнюю войну — ограничившуюся лишь столичной планетой, во время которой несколько родов пытались ввести в Республике матриархат, я буквально только что впервые вспомнил, даже не думая пример привел.
— Война орла с волчицей?
— Уже после темных веков, довольно незаметно прошла в пределах Олимпа.
— А-а, ясно.
Было видно, что Марина не совсем поняла о чем речь, но переспрашивать не стала, погруженная в тяжелые и болезненные воспоминания.
— Так почему ты в розыске, как случилось?
— На бирже труда меня выкупили, перевезли обратно на планету в лабораторию у монолита «Мец», он здесь неподалеку.
Кажется, я начал понимать. А не тот ли это монолит, который я наблюдал во время падения дирижабля? Монолит, откуда выплеснулась масса кадавров и поперла на Княжев?