Уставшей, измученной, мне хочется самых простых вещей. Свежего воздуха, твердой земли, чашку мятного чая, а, самое главное, ответов на свои вопросы!
Толкаю дверцу кареты. Та неожиданно легко поддается. Спрыгиваю на землю.
Я оказываюсь перед высоким, светло-серым трехэтажным зданием с остроконечными башенками. Наверно, когда-то здесь было шикарное место, но те времена давно прошли.
Облезшая кое-где краска, заколоченные двери, заросшие мхом ступени на крыльце оставляют впечатление запущенности. Даже пахнет, — втягиваю ноздрями воздух — одиночеством. Ни запаха еды, ни костра — ничего, присущего человеческому жилью. Здесь вообще хоть кто-то живет?
Статный, крепко сбитый кучер с круглым, загорелым лицом скидывает к моим ногам набитую вещами сумку. Кривится с неприязнью. Встречает мой взгляд и кивает на дом.
— Дальше сами, уж извиняйте. У меня дела поважнее имеются. Так-то вот.
Судя по его вызывающе вздернутом подбородку, здесь принято, чтобы кучер доносил вещи перевозимой дамы до дома, а он решил показать мне свое «фи». Только мне без разницы. Ну, донесет он мне сумку — и что? Меня это спасёт? Сейчас я о другом волнуюсь.
— Скажите, уважаемый, что случилось по дороге сюда?
— Так это… Вы про того мальчонку что ли? Поймали его. Не опасен он боле, потому как в интернате теперь.
— Он сбежал из интерната?
— Та кто же оттуда сбежит? Знамо дело, дикий он. Небось жил на улице.
— Дикий ребенок? Это вообще как? — в прострации качаю головой. — Разве дети могут быть дикими?
— Ну, как, как… Не понимаю я вас, — мужчина озадаченно трет лоб. — Так ведь оно завсегда так было. Вы уж извиняйте. Пойду-ка я лучше.
Из его путанных объяснений ничего не ясно. Стало лишь тревожнее на душе. «Ребенок опасен», «дикий», «жил на улице» — эти фразы просто за гранью моего понимания. Никак мне их не принять.
Задумчиво наблюдаю, как кучер устраивается на козлах. По правую и левую сторону от экипажа — двое всадников в черной одежде. Похоже, это обещанный мужем конвой, который уезжает вслед за каретой. Меня сюда, как преступницу везли. А за что — не понятно.
Со смешанными чувствами смотрю, как их широкие спины уменьшаются в размерах. С одной стороны, меня охватывает облегчение. Чем меньше в моем окружении хейтеров, тем спокойнее.
А, с другой, оставаться одной, в заброшенном месте страшно. Где взять еду? На чем спать? Как защищаться от опасностей? И какие они, эти опасности?
Я не из тех адреналиновых любителей, кто любит прыгать с парашютом или путешествовать по джунглям с палаткой. Мне гораздо милее предсказуемость, комфорт и безопасность.