Едва заканчиваю с первым боевым крещением, как Мария принимается за новые наставления. Не отходя далеко от кассы, начинает вбивать в меня азы ухода за коровой. Грубоватый голос звучит так, точно она обращается к ребенку, которому придется повторить все не один раз.
— Корова доится дважды в день, утром да вечером, не забывайте!
Она поднимает крепкую, загрубевшую руку и загибает пальцы.
— Первый — как солнышко встанет, а второй — перед тем, как оно за гору скатится. Утречком подоите — молочко сладенькое, вечерком — пожирней.
Я быстро моргаю, пытаясь представить себя, встающую в такой нечеловеческий час без будильника для того, чтобы отправиться в коровник.
— Кормить её надо хорошо, — продолжает она, — сено, овёс и свёкла. А лучше всего — свежая трава, да побольше. Сено и трава — это основа, а вот овёс да овощи — добавка, чтоб молочка больше дала. Вода всегда должна быть свежая, чистая. Вот поди за этой Златорожкой поухаживай плохо, так она тебе молока мало даст. Умные они, коровы, каждую мелочь чувствуют.
Мария шагает к деревянному ящику в углу и берет пригоршню овса. Показывает мне в сухой ладошке.
— Вот это — как сладость для неё. Не часто, но пусть поест. Свёкла — утром и вечером, по большому куску.
Пока впитываю информацию, она ловко высыпает овес в корыто, и Златорожка принимается его жевать, тихонько похрустывая.
— Теперь про выгул, — продолжает Мария. — Корова не дерево — ей ходить надо! В поле выводите её, часиков на пять-шесть. Чем больше гуляет, тем лучше молоко. Я из-за ворья ее в коровнике держала, но под присмотром — так можно и дать ей погулять.
Она показывает на широкий луг за полем с капустой и яблочным садом.
— Травки там навалом — пусть ест, гуляет. Но за ней пригляд нужен! У коров нрав такой: могут забрести куда-нибудь в чащу, да потом ищи-свищи. Раньше можно было к колышку привязать, и она знай себе, гуляет на одном месте. А теперь вот из-за ворья не отпустить.
Я вздыхаю, представляя себя, бегущую за коровой по холмам. Увы, мой богатый офисный опыт не подготовил меня к погоне за рогатым скотом.
— Ну что, — говорит Мария, видя мою задумчивость, — ухаживать-то за ней надо ещё и телесно. Чесать, чистить. Как захочешь, чтоб шубка её блестела, так бери вот эту вон щетку и прочищай. Каждый день! Она ласку чувствует, а ухаживай плохо — так и молоко тебе кислятиной отдаст.
Старушка поднимает большую жесткую щетку и привычным, наработанным движением проводит по тугому коровьему боку. Животинка лениво мычит, но похоже, ей нравится этот массаж. Я подхожу ближе и смотрю, как шерстка под щеткой расправляется. Забираю щетку и стараюсь в точности повторить движения Марии. Златорожка снова мычит — надеюсь, это она на коровьем говорит «спасибо!»