Где находится кабинет директора, Платон знал. Они уже заходили в школу вместе с тетей Олей три дня назад, когда она договаривалась о месте для своего племянника. Поэтому племянник сразу направился на второй этаж по широкой парадной лестнице. Там располагались учительская и кабинет директора, а дальше коридор вел к столовой.
Платон вежливо постучался и получил приглашение войти.
Директор школы — Алексей Михайлович Шондин — лет сорока на вид, человек еще далеко не старый (конечно, не по меркам Платона, для которого и семнадцатилетние выглядели излишне взросло), поднялся из-за стола и прищурился, пытаясь лучше рассмотреть вошедшего.
— А, Платон Ермаков? Помню, помню вас, молодой человек. Первый день сегодня? Похвально. Школа, знаете ли, это цитадель! Кузница будущих кадров. Ведь уже с детства нужно привыкать к труду, иначе лень вас погубит. Поверьте моему опыту, она многих сгубила.
Платон молчал, терпеливо выслушивая директора. К подобным речам он привык давно и знал, что придется выдержать до конца. В директорские монологи лучше не встревать, это только подбросит дров в костер.
— Так вот, о чем это я? — директор поправил на носу очки с толстыми линзами. — Трудитесь, и все у вас получится! Будете трудиться?
Платон кивнул.
— Вот и славно, договорились! А зачем же вы ко мне пришли? Вам что-то нужно?
— Вы сами сказали в прошлый раз, чтобы я сначала зашел к вам в кабинет, прежде чем идти в класс.
— Точно! — Шондин поднял указательный палец вверх. — Напутствие перед боем, так сказать. Ну, и представлю вас одноклассникам. Пойдемте-ка, Платон! Как раз сейчас и звонок прозвенит, самое время.
Вялое дребезжание звонка раздалось, едва они вышли из кабинета. Прогуливающихся по коридорам учеников как ветром сдуло. Несколько секунд — и у Платона создалось впечатление, что они вдвоем с директором во всей школе.
— Шустрые у нас ребятки учатся, — с гордостью сказал Шондин, пока они шли в самый конец длинного коридора. — Тянутся к знаниям, как растения к солнечному свету. Любят учиться, узнавать новое, познавать мир. У них только и бесед, что об учебе!
Платон отнесся к этому заявлению скептически. Знал он, о чем на самом деле болтают все эти «самородки». Им бы только новый телефон из родителей вытрясти, да денег на карманные расходы, а большее их не интересует. Он и сам был таким же… до того самого случая.
— Вот, пришли, 7 «Г», — Шондин указал на последнюю дверь слева по коридору. — Сейчас у них, кажется, литература. Что ж, не будем отнимать ваше драгоценное время!
Он широко распахнул дверь в класс и пропустил Платона вперед.