Ну ты хоть улыбайся, когда стебешься, Василиса!
Но похоже, что не шутит.
— Ну? — дёргает бровью.
— Не знаю… Фотка? — пожимаю плечами.
— Фотка — мимо. Этот товар больше не персонален. Визуалом мужчины обожрались. Интернет закормил. Надо что-то более уникальное и персональное.
— Согласен. Трусики?
— Почему трусики?
— Ух… — взъерошиваю волосы. — Контакт с… мм… гениталиями.
Снова бросаю взгляд на этот чёртов шовчик.
Отрывает взгляд от страниц, снимает очки.
— Как бы ты это сделал? Детали? — плотоядно.
— Ты издеваешься? — облизываю растерянно губы.
— Работай! — строго. — Мы рисуем мотив. Как бы ты это сделал? Закрой глаза представь…
Послушно съезжаю в кресле ниже, закрывая глаза.
— Может, следственный эксперимент? Дайте трусики, Василиса Васильевна…
— Дома подрочишь, сейчас фантазируй.
Представляю её трусики. Они чёрные. Пальцы скользят по шелку… Сжимаю в кулак. И…
Чувствую, как Гордеева наклоняется ближе, горячий выдох мне в ухо. Пульс зашкаливает. Мои пальцы неконтролируемо сжимают столешницу от растущего сексуального напряжения. Ноздри подрагивают. Я втягиваю дорогой и холодный запах её парфюма. В фантазиях, я подношу её трусики к лицу. Вдох… А-а-а-а-а…
Уши закладывает от возбуждения!
— Запах! — сажусь ровнее, открывая глаза.
Фак.
— Элементарно же, Красавин. Что сохраняет запах тела дольше всего?
— Волосы?
— Волосы.
— «Парфюмер», короче, да?
Достаёт блокнотик из кармана пиджака, отрывает листок, кладёт сверху. Там три даты.
— Первый эпизод, второй, третий. Найди мне закономерность, предскажи четвёртый.
— Я ж не Ванга.
— Тогда какой в тебе смысл?
— Я кофе могу принести вкусный! — улыбаюсь ей.
Красивая…
— Сначала рукоблуды и закономерность. Хотя бы версия. Потом — двойной эспрессо. И сигареты купи мне.
На стол ложится купюра.
— Не надо, — отрицательно качаю головой.
— Надо, — безапелляционно.
Забирает последнюю сигарету из пачки, демонстрирует мне марку, сминает с хрустом, бросает в ведро для бумаг.
— После, выясни мне каким парфюмом пользовались все три жертвы. После этого…
— Пообедаем?
— Василиса Васильевна, — заглядывает Рогов. — Можно тебя?
Смотрит на часы.
— Если никого не расчленяют, то — нет. У меня важная встреча сейчас.
— Меня расчленяют! — с досадой.
— Это потерпит до вечера, подполковник, — проходит мимо него стуча каблуками.
Ловлю между ними взгляды. Там что-то такое… Личное?
Выходят за дверь.
— Как стажёр?
— Как обычно…
Эээ… Я лучше, чем обычно!
Открываю календарь, разглядывая даты. Полнолуние у него там что ли, у этого «Парфюмера»?
Глава 3 — Токс
Мне любопытно, я подглядываю в открытую дверь. Вообще-то, мне он нужен.